Германия

На фоне великого отступления лета 1944 года, когда германская армия вынуждена была оставить Белоруссию и Украину, август-сентябрь 1944 года были месяцами, когда германская мощь — фактически, в последний раз — проявила свою мощь. Германская армия пока еще практически повсюду стояла за пределами рейха. Наступательное движение и с востока (Польша, Румыния), и с запада (Франция, Бельгия), и с юга (Италия) замедлилось. Пока еще немцами контролируются Балканы и Скандинавия. Германский подводный флот наводит ужас на морях. Несмотря на бомбардировки, германское население стоически переносит поворот фортуны. Что удивительно: германская промышленность, как уже говорилось выше, достигает пика производительности. Никогда еще фирмы Германии не давали вермахту столько современной военной техники, никогда еще армия, флот и люфтваффе не получали столько средств борьбы. В августе месячное производство танков достигло 869 единиц плюс 744 самоходных орудия. Этого количества новой техники было достаточно для оснащения десяти танковых дивизий. В сентябре немцы произвели 3031 истребитель (против 1248 в январе), из них 100 реактивных истребителей «Мессершмитт-262» и «Арадо-234». В сентябре 1944 года германская промышленность производила столько военной техники, что могла покрыть практически все потери и на Восточном фронте и на Западном. Этот взлет военной промышленности был возможен лишь посредством массового применения рабского труда — труда военнопленных, заключенных концлагерей, остарбайтеров, эксплуатации контролируемой Германией чужой территорией. Гитлер был приятно поражен, и министр военного производства сорокалетний Альберт Шпеер ходил в национальных героях.

То был пик. Дальнейшее представляло собой исторический спуск для Германии, но на короткий период Германия еще могла сопоставлять себя с громадой 1916 года, когда Гинденбург и Людендорф так или иначе решали судьбы Европы. В гигантской машине, именуемой германской экономикой, были свои слабые места. Главным таким местом было производство горючего. Шпеер пишет в мемуарах, что союзнические бомбардировки могли остановить германскую военную машину, если бы они были направлены не на террор местного населения (который, по его мнению, лишь стимулировал готовность немцев держаться до конца), а на производство искусственного горючего, на три точки синтеза бензина — или на три завода, производящих шарикоподшипники. Первое  уязвимое место — топливо. Запас нефти в апреле 1944 года составлял миллион тонн, но летом упал до уровня месячного запаса. Не забудем, что Красная Армия стояла на пороге Плоешти, откуда в рейх шла природная нефть. В указанные август-сентябрь запас нефти несколько увеличился благодаря ослаблению интенсивности боев. Вторым  слабым пунктом рейха становится нехватка живой силы. Армия начинает брать в свои ряды почти всех. Понижен возрастной уровень призыва — с 17 до 16 с половиной лет. В августе-сентябре в вермахт вливаются еще семьсот тысяч человек.

Гитлер еще более увеличивает влияние СС. Новый командующий внутренней армией рейхсфюрер СС Гиммлер является также министром внутренних дел и шефом полиции. Вскоре он же, не имеющий никакого опыта военного руководства, становится командующим группой армий «Висла» — главной военной силы между советскими войсками и Берлином. В части СС идет первоочередным образом новая техника — все лучшее, что производит военная промышленность Германии. В войска вводятся «политические офицеры» — «офицеры национал-социалистического руководства». Индоктринация вермахта на этой финальной фазе призвана укрепить решимость солдат и офицеров стоять до конца. 12 сентября Гиммлер объявляет, что семьи дезертиров отныне будут расстреливаться. Противнику будет оставляться лишь выжженная земля. Ни один немец, объявил Гитлер, не будет жить на территории, занятой противником. «Ни куска немецкого хлеба противнику», — пишет немецкий официоз «Фелькишер Беобахтер». Мобилизуются подростки между 16 и 18 годами и мужчины вплоть до 60 лет. Гиммлер создал 25 новых дивизий фольксгренадиров, германского ополчения. В восточных областях Германии, а затем и по всей стране создается фольксштурм  — своего рода ополчение, призванное бороться с противником, готовящимся вступить на территорию собственно Германии.

А Гитлер теряет физические силы. Полуглухой, с трясущимися руками, подверженный приступам параноидальной злобы, подозревающий всех в измене, фюрер замкнулся в своем Волчьем логове, контактируя с минимумом военных. Предписания доктора Мореля только ослабляют его. Но и ему было достаточно отчетливо видно, что на весах мирового могущества Германия стремительно теряет свою значимость. Теперь, говоря о целях Германии в войне, он уже не вспоминает о претензиях на мировое могущество. Все более и более его мозг обращается к возможностям раскола противостоящей коалиции: «Никогда в истории не существовало коалиции, подобной созданной нашими противниками, состоящей из гетерогенных элементов, имеющих столь различные цели…. Ультракапиталистические государства с одной стороны; ультрамарксистские государства с другой. С одной стороны, умирающая империя, Британия; с другой стороны — ее колония, претендующая на ее наследство, Соединенные Штаты. Каждый из партнеров вступил в эту коалицию с целью реализации своих политических амбиций».

Гитлер приказал строительной фирме «Хохтиф» приготовить надежный бетонный бункер в саду рейхсканцелярии в Берлине. Работая день и ночь, строительные рабочие влили в глубину берлинской земли неимоверную массу бетона. Трех-четырехметровый бетон должен был надежно укрыть фюрера в его самоубийственной для Германии политике.