Новые идеи

Никого не удивишь сентенцией, что аппетит приходит во время еды. Советское командование не знало об агонии в умах германских штабистов, об отсутствии в данном случае плана у германских генералов (имеющих планы на все случаи жизни), о роковом волюнтаризме Гитлера, оставлявшего приволжские дивизии вермахта фактически на заклание. Утром того же дня, когда посуровевший Паулюс читал предписание своего главнокомандующего, отчаянного исторического игрока, о создании «Festung Stalingrad», руководство сил окружения — мозг Сталинградской операции — Василевский, Говоров и командующий военно-воздушными силами РККА генерал Новиков — отправились к генералу Голикову в его штаб Воронежского фронта. Речь шла о быстрой выработке плана «Сатурн » — развитии сталинградского успеха силами Воронежского и Юго-Западного фронтов посредством незамедлительного наступления по линии Миллерово-Ростов. Это замкнуло бы германскую группировку на Северном Кавказе и в целом обрубило бы южный фланг вермахта в России. Открылся бы выход на Украину, к углю Донбасса, к днепровскому индустриальному району.

Напомним, что советская военная промышленность испытывала реальные трудности в обеспечении углем. Добыча угля по сравнению с 1941 годом упала вдвое (об этом со всей серьезностью напоминает ответственный за оборонную промышленность секретарь ЦК ВКП(б) Вознесенский в ноябре 1942 года). Критически важный Челябинский танковый завод не мог использовать все свои мощности из-за отсутствия необходимой энергии. Чернозем Северного Кавказа был не менее важен для голодающей страны. Как и нефть Грозного и Майкопа.

Не все идет по плану в России. Главком ВВС Новиков лично инструктировал летчиков ночной бомбардировочной авиации по поводу малейших деталей переброски начсостава Ставки на поля грядущих битв юговосточнее Сталинграда, вдоль течения Дона. Семь бомбардировщиков По-2 отправились со столичных аэродромов в глухое ноябрьское небо со снегопадом и метелицей. Тяжелые машины вскоре после взлета потеряли друг друга и шесть из них приземлились в экстремальных условиях. Василевский, хорошо знавший о лютом нетерпении Сталина, желавшего реализации «Сатурна», приземлился на колхозном дворе у Калача. Осоловевшие от неожиданности местные власти предоставили грузовик, и начальник Генерального штаба РККА выехал к ближайшей телефонной линии. Нужно сказать, что в целях конспирации офицеры Генштаба передвигались без специфических регалий и под вымышленными именами (Василевский был, как когда-то Петр Великий, Михайловым ). Он в эти тяжелые часы думал только об одном — о судьбе генерала Ручкина, который вез с собой все оперативные документы. Но как раз к Ручкину судьба была благосклонна, и он единственным из всей группы благополучно сел на аэродром в Бутурлиновке (еще одно историческое имя, связанное с Переяславской Радой, давшей историческую жизнь полонизуемой Украине), где летающих генералов генштаба давно ждал прежний глава ГРУ РККА Голиков, столь влиятельный накануне войны.

Страхам, упрекам и неурядице было не место, мелочность могла погубить все. 25 ноября 1942 года состоялся общий сбор группы генштабистов и представителей Ставки в штабе 6-й советской армии генерала Харитонова. (Этот генерал был одним из «крестников» Василевского; после неудач под Харьковом Сталин хотел предать его суду военного трибунала, но Василевский сумел защитить его, и Харитонов получил командование 6-й армией). Общая установка: забыть все передряги и думать только о «Сатурне». Это продолжение Сталинграда может решить судьбу всего советского Юга.

Военспецы осмотрели местность и отправились на совещание с Ватутиным. 27 ноября состоялась окончательная оценка района предстоящей масштабной боевой операции, возможностей советских войск, вероятных действий немцев. Поздним вечером этого дня Василевский шлет Сталину свои предложения. «Первой непосредственной целью операции должно быть уничтожение 8-й итальянской армии и оперативной группы «Холидт», для подавления которых Юго-Западный фронт создал две ударные группировки: одна на правом фланге в составе 1-й гвардейской армии (шесть стрелковых дивизий, один танковый корпус и подкрепления) для атаки с плацдарма южнее Верхнего Мамона на юг, в направлении Миллерово; вторая — на фронте 3-й гвардейской армии к востоку от Боковской (пять стрелковых дивизий и один механизированный корпус) для одновременного наступления с востока на запад также в направлении Миллерово и закрепления окружения на Северском Донце, для захвата переправ в районе Лихой и создания благоприятных условий с целью возобновления наступления в направлении Ростова. С целью защиты операции с северо-запада и запада ударная группа 6-й армии Воронежского фронта (пять стрелковых дивизий и два танковых корпуса) должны атаковать юго-западнее Верхнего Мамона в направлении Кантемировка — Волошино. Готовность войск к операции — 10 декабря».

Сталин одобрил эти предложения. Непосредственное оперативное планирование было поручено Голикову и Ватутину. К началу декабря следовало суммировать все планы. «Сатурн» приобретал первостепенную значимость, и два военачальника, Василевский и Ватутин, были освобождены от прочих обязанностей, сосредоточившись на данной операции. Огромные надежды связывались в эти дни с «Сатурном», но предпосылкой его успеха была ликвидация  сталинградской группировки немцев. Сталин многократно употребляет именно это слово. Одновременно — и быстро — создаются впечатляющие резервы, стоящие за спинами 60 советских дивизий, непосредственно завязанных на Сталинград. Основу этих новых сил составляла 2-я гвардейская армия (район Тамбова — Моршанска) — мощная новая группировка, которой под водительством генерала Малиновского было приказано выдвигаться в район Сталинграда на максимально большой скорости.

Но своенравная военная судьба приготовила этой мощной армии иную задачу.