6. Золотая Орда в первой половине XIV века

Часть I

После решающей победы Тохты над Ногаем период двоевластия в Золотой Орде прекратился. Сначала Тохта столкнулся лицом к лицу со сложной ситуацией. Страна и народ были изнурены междоусобной войной. Помимо того, в причерноморских степях в 1300 г. и на протяжении двух последующих лет свирепствовала сильная засуха. Однако трудности были быстро преодолены, и положение стало улучшаться. Согласно писателю, который продолжил «Историю» Ра-шида ад-Дина, Тохта был терпеливым и талантливым правителем. «В дни его правления страны, подчиненные ему, достигли высокой степени процветания, и весь его улус стал богатым и довольным».

Действительно, Тохта не терял времени, восстанавливая единство правления в ханстве кипчаков и принимая на себя управление международными делами, а также вассальными народами и князьями. После смерти Чики ногайская орда распалась; часть ее мигрировала в русскую Подолию еще одна часть признала сюзеренитет Тохты, и ей позволено было остаться в причерноморских степях; со временем они стали называться малыми ногайцами. Остальные ногайские кланы предпочли вернуться к своим прежним местам обитания в бассейне реки Яик, к северу от Каспийского моря, чтобы воссоединиться со своими родичами, которые оставались там на протяжении всего правления Ногая. Они стали называться великими ногайцами.

Тохта пошел по стопам Ногая, установив дружественные отношения с Палеологами в Византии. Дружба, как и в случае с Ногаем, была скреплена семейными узами: Мария, внебрачная дочь императора Андроника II, стала одной из жен Тохты. Следует заметить здесь, что в конце XIII века в Малой Азии произошли важные события,  последствия которых должны были повлиять на судьбы Византийской империи, а позднее - и Руси. В 1296 г. иль-хан Газан сместил сельджукского султана Гиасаад-Дина Масуда II с престола. Под началом его преемника в сельджукском государстве начался мятеж, который был подавлен войсками Газана в 1299 г. После этого Сельджукский султанат распался. Местные эмиры в Анатолии, которые все это время являлись вассалами султана, теперь вынуждены были давать клятву верности иль-хану. Многие из них стали фактически независимыми и среди прочих - сын Ертогрула Осман. На протяжении его правления Осману удалось создать сравнительно сильное собственное государство. Находясь на смертном ложе, он получил радостное для себя известие о том, что его сын Орхан захватил важный город Бруссу, находящийся близко к южному побережью Мраморного моря (1326 г.). Брусса стала первой столицей Оттоманской империи.

Тохта поддерживал оживленные дипломатические отношения как с египетским султаном, так и с иль-ханами. Последним он представил многолетние притязания кипчаков на Азербайджан, которые были отклонены. Он также вмешался в дела района Газни в Восточном Иране (Афганистане), и поначалу ему удалось посадить своего собственного кандидата на местный княжеский трон; однако, этот вассал вскоре был изгнан. Дальнейшее развитие конфликта между Тохтой и Газаном предотвратили действия великого хана Тимура, который, следует вспомнить, пытался восстановить единство Монгольской империи в форме федерации всех монгольских ханов. Как Тохта, так и преемник Газана Олджайту одобрили этот план и торжественно поклялись его поддерживать (1304-1305 гг.).

Важным результатом мирных взаимоотношений между Золотой Ордой и иль-ханами во время правления Тохты стало возрождение торговли между двумя ханствами. Согласно Вассафу, «Вновь была открыта дорога купцам и владельцам караванов. Арранский район (Северный Азербайджан) был покрыт шатрами и повозками, и как обычные предметы торговли, так и изысканные товары наводнили рынки благодаря быстрому товарообороту». Черноморская торговля, наоборот, испытывала регресс из-за разногласий между Тохтой и генуэзцами. В 1308 г. Каффа была разграблена монголами. Однако в других портах торговля не ослабевала.

Это восстановление порядка в Золотой Орде не могло не отразиться также и на русских делах. Все русские князья вынуждены были подчиняться Тохте, поскольку теперь не было хана-соперника, к которому можно было бы обратиться за защитой. Таким образом, внешне было восстановлено подчинение Руси хану. И тем не менее, прежняя самоуверенность у монгольской власти исчезла. Во время предшествующего периода двоевластия в Золотой Орде страх русских перед неумолимым механизмом монгольского управления существенно уменьшился. По крайней мере, чары были разрушены. Многие русские князья обнаружили, что они, хотя и слишком слабы, чтобы противостоять объединенному ханству, тем не менее могут извлечь пользу из разногласий между монголами. И пусть Тохта был теперь единым правителем Золотой Орды, все же он вынужден был считаться в своей политике - по крайней мере, до определенной степени - с вельможами, окружавшими его трон, старшими князьями-Джучидами и военачальниками, а также с ведущими купцами и другими «влиятельными группами». Поскольку по ряду вопросов между ханскими советниками возникали разногласия, русские князья всегда могли искать протекции у одного или другого монгольского князя или чиновника. И поскольку среди русских князей существовало соперничество, каждый пытался обеспечить себе своего собственного покровителя среди монголов, впутывая последнего таким образом в русские раздоры. В ожесточенной борьбе за существование между русскими князьями каждый из них, в первую очередь, думал об увеличении своего удела и усилении собственного контроля над ним. Если он считал это полезным, то вступал в альянс с одним или несколькими соседними князьями, но на столько времени, на сколько это представлялось ему выгодным. В этой игре допустимыми считались все приемы: сила, дипломатия, уловки, интриги при ханском дворе. Со временем некоторые из князей стали значительно сильнее других, потому что им открылась новая перспектива: возможность одному править всей или большей частью Восточной Руси. Таким образом, борьба за уделы переросла в борьбу между ведущими князьями за верховную власть; из разобщенных уделов постепенно возникало национальное государство. Этот процесс некоторым образом напоминал становление французской монархии под властью династии Капетингов после периода распада в позднюю каролингскую эпоху.

Следует вспомнить, что в начале 1290-х гг. стали отчетливо выделяться две соперничающие группировки среди русских князей: группа князей, объединенных вокруг Ростова, и объединение князей Центральной Руси - Переяславля, Твери и Москвы. В 1294 г. все они, по крайней мере - номинально, признали господство великого князя Андрея Городецкого. Три года спустя, однако, отношения между двумя княжескими группами снова стали напряженными, и война казалась неизбежной. Это произошло в то время, когда Тохта готовил свое первое нападение на Ногая. Однако он посчитал ситуацию на Руси столь критической, что решил сразу же вмешаться. Тохта направил особого посланника, которого русские летописи называют Неврюй, с сильной ратью, и попросил сарайского епископа Исмаила сопровождать Неврюя и попытаться примирить противоборствующие стороны. Все русские князья были вызваны во Владимир, и после бурных споров епископ Исмаил убедил их прийти к соглашению.

Четырьмя годами позже возникли новые осложнения, когда князь Даниил Московский захватил город Коломну, который относился к Рязанскому княжеству. Князь Константин Рязанский обратился к местному монгольскому баскаку за защитой, но это не остановило князя Даниила, которому удалось нанести поражение как рязанским, так и монгольским войскам (1301 г.) . С помощью хитрости Даниил Московский захватил и привез в Москву самого князя Константина, где продержал его несколько лет, оказывая ему должные почести. После смерти Даниила Московского по приказу его сына и наследника князя Юрия несчастный Константин Рязанский был убит.

Ободренный успехом, Даниил Московский в 1303 г. занял Можайск, который до этого являлся частью Смоленского княжества. В этом году умер князь Иван Переяславский, не оставив сыновей, которые могли бы наследовать ему. Великий князь Андрей Городецкий тут же посадил своих наместников в Переяславле. Князь Даниил Александрович был возмущен, поскольку сам предназначал этот город себе, и заявил, что князь Иван Переяславский завещал город ему. Поэтому он изгнал наместников великого князя и занял город.

Один явный мотив можно различить во всех агрессивных действиях князя Даниила Московского: его желание расширить свой удел. Коломна находится на юго-востоке от Москвы, Можайск - на западе, а Переяславль - на северо-востоке. Хотя изначально территория его удела не охватывала Московский уезд (если пользоваться терминологией административного деления Руси до 1917 г.), Даниил Московский стал контролировать как западную, так и юго-восточную части Московской губернии - Можайский и Коломенский уезды; Переяславль находился даже за пределами этой губернии. Несмотря на громкий протест оскорбленных сторон, Даниил Александрович продолжал удерживать все три захваченные им города. Упорство князя в достижении своих целей стало образцом для его преемников. Умение крепко удерживать то, что однажды захватили, сильно помогло Даниловичам в том, чтобы со временем стать правителями Руси.

Захват московским князем Переяславля резко изменил баланс всей структуры межкняжеских отношений, которые не отличались стабильностью и прежде. Великий князь Андрей Городецкий направился в Орду, чтобы изложить хану свою жалобу на действия Даниила Московского. Тохта приказал русским князьям снова собраться в Переяславле осенью 1304 г. под председательством его собственных посланников. Среди ведущих русских князей, присутствовавших там, были великий князь Андрей Городецкий, князь Михаил Тверской, князь Юрий Московский - старший сын и преемник Даниила Александровича. Князь Даниил умер в марте 1304 г. Присутствовал также и глава русской церкви, митрополит Максим. Собрание было открыто ханскими посланниками, торжественно провозгласившими заявление о восстановлении всемонгольского единства и образовании всемонгольской федерации, главную сторону которой представлял Тохта, а русские князья становились теперь ее сочленами. Текст всемонгольского соглашения был зачитан, и русские князья без колебаний дали клятву следовать ему.

После того, как закончилась официальная часть собрания, перешли к обсуждению частных русских проблем. С одобрения ханских посланников Переяславль перешел не к великому князю Андрею Городецкому, а к князю Юрию Московскому. Это стало важным симптомом новой политики Тохты по отношению к русским делам. Предшественники Тохты установили тесные связи с ростовскими князьями, предоставив контроль над всеми остальными русскими княжествами великому князю владимирскому. Теперь, с выходом на передний план сильных княжеств в Центральной Руси, таких, как Тверское и Московское, трудно было бы ожидать, чтобы старая политика не давала сбоев, и Тохта вынужден был считаться с новой ситуацией. Поэтому он решил сделать как князя московского, так и князя тверского своими прямыми вассалами, но в то же время не допускать чрезмерного усиления ни того, ни другого. Таким образом, поскольку Тохта удовлетворил князя московского, даровав ему Переяславль, его следующий шаг был сделан в пользу князя тверского. В 1305 г. великий князь Андрей Александрович умер, и оба - Юрий Московский и Михаил Тверской - ринулись ко двору хана, каждый в надежде получить великокняжеский ярлык. Перед тем, как отправиться в Сарай, тверской князь Михаил Ярославич дал указание своим боярам захватить Переяславль. Однако тверское войско, посланное к этому городу, было разбито братом Юрия Московского Иваном. Тем временем Тохта выдал ярлык на Великое княжество Владимирское Михаилу Тверскому. А в качестве компенсации московскому князю Юрию Даниловичу притязания Михаила Тверского на Переяславль были отвергнуты. Сочетая авторитет великого князя владимирского и возможности Тверского княжества, Михаил Ярославич боролся за верховенство, затем последовал период «холодной войны» между Тверью и Москвой.

Представляется вполне вероятным, что Тохта не был удовлетворен поворотом дел на Руси и строил новые планы для полной политической реорганизации своего Русского улуса. К сожалению, сведения о последних годах царствования Тохты скудны. В русских летописях того периода - лишь сжатые отчеты о взаимоотношениях между русскими князьями. А арабских и египетских летописцев в большей степени интересовали отношения Золотой Орды с Египтом и Ираном, чем с Русью. Но один важный намек на планы Тохты касательно Руси сохранился у писателя, который продолжил «Историю» Рашида ад-Дина в его сообщении об обстоятельствах смерти Тохты в 1312 г. Согласно ему, Тохта решил сам посетить Русь; он отправился на корабле вверх по Волге, но, прежде чем достигнуть пределов Руси, заболел и умер на борту. Решение Тохты поехать на Русь было уникальным в истории Золотой Орды. Ни один из монгольских ханов ни до, ни после него не посещал Русь в мирное время в качестве правителя, а не завоевателя. Несомненно, этот исключительный шаг Тохты был вызван намерением провести далеко идущие реформы в управлении его северным улусом. О характере этих реформ мы можем только догадываться.

Судя по тому, что мы знаем о его предшествующей русской политике, мы можем предположить, что Тохта намеревался упразднить Великое княжество Владимирское, чтобы сделать всех русских князей своими прямыми вассалами и наделить каждого определенным уделом с полномочием собирать налоги в своих владениях. Чтобы предотвратить конфликты в будущем, он, видимо, ракже собирался сделать межкняжеское собрание постоянным институтом. Вероятно, он хотел лично открыть его первый съезд, затем назначить высокого монгольского чиновника (возможно, шязя-Джучида) в качестве своего полномочного и постоянного руководителя этого органа. Все это (если принять, что наши предположения соответствовали планам Тохты) означало бы признание Руси (Восточной Руси, во всяком случае) вполне состоявшимся партнером как внутри Золотой Орды, так и во всемонгольской федерации. Какими бы смелыми и творческими ни были возможные планы Тохты, они пошли прахом с его смертью.


Вывески изготовление в одессе вывески изготовление одесса prioritet.odessa.ua.