Великий князь в Малой Руси Всеволод III, Чермный именованный, сын Святослава III

Война Всеволода белорусского на Чермного. Всеволод Чермный, придя в Киев, сел на престоле русского великого княжения и послал по всем градам своих управителей. Братьям же и половцам воздал честь довольную и, одарив, отпустил.

Константин с новгородцами. Глеб Владимирович рязанский. Клевета на рязанских. Всеволода слабость. Мстислав Романович рязанский. Ростислав Романович рязанский. Ингорь Ингоревич рязанский. Юрий Ингоревич рязанский. Всеволод Глебович пронский. Кир Михаил пронский. Всеволода IIIробость. Всеволода III порок. Константина доброе рассуждение. Рязанские пленены. Всеволод Димитрий, великий князь Белой Руси, слыша, что черниговские и северские землею Русскою всею овладели, а племя Владимирово изгнали, весьма оскорбился, а кроме того за изгнание сына его из Переяславля, которое себе почитал за великую обиду и бесчестие, велел немедленно все свои войска собрать. Также послал звать с собою князей рязанских и муромских, объявил им тяжкую свою обиду и неправду Олеговичей. Оные же охотно с их войсками идти и помогать обещали. Послал же и к сыну Константину в Новгород, чтоб, собрав войска, немедленно к Москве шел. Константин же и посадник новгородский Мирошка, собрав войско великое, пошли ко Всеволоду в Москву и тут, придя, его ожидали. Князь великий, получив известие, что Константин с новгородцами Твердь миновал, сам пошел из Владимира августа 19 дня с сынами своими Юрием, Ярославом и Владимиром, а Святослава оставил во Владимире для управления. И придя в Москву, Всеволод тут совокупился с сыном своим Константином, обняв его, целовал, и весьма радовались о свидании сем. Также посадника новгородского и бояр, милостиво приняв, похвалил их за послушание и почтение к Константину, и что они на войну сию довольно изрядно подготовились, и учинил для них пир великий. Тут же пришли рязанские князи, два брата, Глеб и Олег Владимировичи. И как они прежде жаловались на стрыев своих Романа и Святослава, что обидели их уделами, начали клеветать на них Всеволоду, сказывая ему тайно, якобы они идут окольными путями со Всеволодом, согласясь с черниговскими, и чтоб он весьма от них остерегался и не верил. Всеволод пришел от сей безумной клеветы в великий страх и, не разведав через посторонних, как надлежало, поверив оным клеветникам, хотел назад возвратиться, но объявил о том советникам своим. Те, слыша, удивились слабости Всеволода и говорили: «Великий бы то был стыд вам, если вы отсюда без всякой причины поворотились, поверив только словам сих юношей, которые вражду имеют со стрыями. И как можно знать, правда ли то? Да хотя бы совершенно правда, то возвратиться неприлично, но лучше идти к Оке и там, сошедшись ближе с рязанскими, разведать внятно, и тогда уже можем правильнее рассудить и советовать. А до того времени содержать сие тайно». Всеволод, взяв сына Константина с новгородцами и со всеми войсками, пошел к реке Оке. И когда пришел на берег, увидел на другом берегу пришедших князей рязанских с их войсками, которые ожидали его пришествия: Роман Глебович и с ним 2 сына, Мстислав и Ростислав, Ингорь и Юрий Ингоревичи, Глеб и Олег Владимировичи, Давид муромский. А брат Романов Всеволод пронский умер прежде незадолго пред тем; сын же его Кир Михаил, зять Всеволода Чермного, не пошел, а прислал ко Всеволоду посла, извинялся, что ему против тестя своего, без причины нарушив клятву, воевать невозможно, но и ему против Всеволода Юриевича никаким образом помогать не будет, поскольку он Всеволода почитает себе за отца. Глеб же и Олег клеветники сие праведное Кира Михаила отрицание употребили во утверждение клеветы своей и сказывали великому князю, якобы Всеволод Чермный недавно присылал ко стрыям их человека, который, с ними учинив договор, возвратился в Чернигов. Сие подлинно было, что Всеволод Чермный присылал рязанских просить к себе в союз, но они отказались, объявив, что против Всеволода Юриевича помогать никому против данной ему клятвы не могут. Потом он просил их, чтоб постарались о мире. И о том они ему обещались и Всеволоду Юриевичу немедля о том объявили. Но Всеволод все оное принял во утверждение той злостной клеветы и сам пришел в великий страх. Но созвав некоторых своих надежных в совет, объявил им все то, как ему в мысли вкоренилось, и спрашивал их, что делать, а кроме того намерен был от страха возвратиться. Советники, слыша то, представляли ему по его склонности, говоря: «Если с войсками далее идти, а рязанские учинят коварство, то можешь войско свое погубить. Если же их не взять, то, право или неправо на них было сказано, они примут уже сие за оскорбление, и опасно, чтоб подлинно с черниговскими в согласие не вошли и твоих областей не разорили. Не объявив же подлинной причины, возвратиться стыд будет немалый». Так вот много рассуждая, положили на том, что их, как клятвопреступников, призвав с любовию на пир и обличив их в злодеянии, поймать. Наутро пришел Всеволод на самый берег реки против стана Романова и послал его с детьми и племянниками звать к себе на обед. Они же, не ведая о том ничего и не имея никакого опасения, приехали с охотою. И войдя в шатер, сели, ожидая Всеволода, который в страхе превеликом сидел в полстнице, или кибитке (579а), и не выйдя к ним сам, послал князя Давида муромского и тысяцкого своего Михаила Борисовича, велел им коварство их обличить. Оные, услышав, приносили оправдание, сколько могли, утверждая свою невинность тяжкою клятвою, что никогда о том не мыслили и никакой причины к тому не имели, и просили, чтоб им объявлены были те клеветники, чтобы оные точно показали, от кого и как они о том уверены. Всеволод же послал к ним племянников их Глеба и Олега на обличение и велел им, не боясь, истинною обличать. Те бесстыдные клеветники, придя, стали стрыю своему и племянникам говорить, возлагая на них разные вины и обстоятельства, якобы против Всеволода умышляемые. Те же, не могши ничем более, как клятвою, оправдаться, поскольку никакого ясного доказательства и свидетельства от оных клеветников не было показано, просили у Всеволода со слезами, чтоб то по правости рассудил и их без вины не обидел. Константин хотя млад был, но весьма благоразумен и любитель правости, видя, что на рязанских зло умышлено неправо, пошел к отцу и говорил ему: «Отец дорогой, весьма сие есть дивно, что ты поверил таким, которые, забыв должность родства и клятвы к стрыям своим, поссорясь из-за областей владения, клевещут на них, ища своей корысти, хотят их погубить или сами скорее, помогая Всеволоду Чермному, хотят твое предприятие сим остановить и со стыдом нашим ему воспрепятствовать, чтобы ты, поссорясь с сими, не мог черниговским свою обиду и стыд отмстить. И если с сими не будешь в любви и союзе, не можешь оным ничего учинить и со стыдом принужден будешь возвратиться, чрез что оный Всеволод Чермный еще более племя Владимирово будет изгонять. Ты же, как старейший и сильнейший во всем племени, если не будешь их защищать, то какое ты почтение и благодарение от них ожидать хочешь? Если сии Владимировичи правду на стрыев своих сказали, то непристойно нам, рязанских боясь, свое так нужное предприятие оставить и на себя стыд, а всему племени Владимирову вред нанести. Мой совет если вам угоден, пускай рязанские учинят клятву, что они зла никоего тебе не учинить. И пошли их наперед в Вятичи, область черниговских, а сам пойди не близко за ними. Тут усмотришь из их поступков, какое их намерение. И если они будут Всеволоду доброжелательствовать, то мы будем у них за хребтом, а их область под ногами нашими, и тогда что нам Бог даст. С ними не будет уже тебе ни греха, ни стыда. Если же они право к тебе поступят, то ты с честию и пользою можешь против северских и черниговских дело свое продолжать». Но Всеволод, поощряем боярами своими, не хотящими от жен отлучиться и труд понести, не принял совета Константинова и новгородского посадника. Ища Рязанскою областию овладеть, велел князей рязанских и бояр, бывших с ними, взяв, оковать, и послал их во Владимир сентября 22-го дня.

Война Всеволода на Рязань. Война бессовестная, или разбойничество. Изяслав Владимирович рязанский в Пронске. Пронск в осаде. Пронян храбрость. Петрово. Олегов. Рязанцы побеждены. Вера, княгиня Кира Михаила. Добрый Сот. Арсения еп. поучение. Увещание Всеволоду. Клеветников вымыслы. За грел: казнит Бог землю. Сие учинив, Всеволод на следующий день пошел с Давидом и Владимировичами, оклеветавшими стрыев своих, к Рязани. Сам, перейдя Оку, пошел по той стороне, а другие войска с воеводами послал водою и начал область Рязанскую разорять, села жечь и пленить непротивящихся, что снова Константину и благорассудным людям видеть было прискорбно, рассуждая, если хочет Всеволод Рязанскою областию обладать, то не кому иному, как себе, вред чинит. Но он никого в том не слушал, о чем после жалел и стыдился, и пришел к Пронску, где был Кир Михаил, сын Всеволодов. Сей, слыша о поимке стрыя и племянников, весьма оскорбился, что они и он оклеветаны Всеволоду неповинно, созвав бояр своих, со слезами великими им то объявил и требовал их совета, что ему делать. И рассудив, что он никак Всеволода ублажить и в невинности своей уверить не может, оставив град, до прихода Всеволодова уехал к тестю своему в Киев. А проняне призвали к себе Изяслава Владимировича, брата оных клеветников, ведая, что сей князь был любитель чести и правости, а притом и храбростию не оскудевал. Сей, войдя в Пронск, приуготовился к осаде, ожидая оный удержать. Всеволод же, придя к Пронску, стал оный крепко доставать, учинив жестокие приступы. И послал к пронянам говорить, чтоб, не подвергая себя погибели, город отворили. Но они, надеясь на твердость града и на князя своего Изяслава, и слышать о том не хотели. И было с обоих сторон кровопролитие великое, много людей побивали. Рязанцы, уведав, что суздальцы и новгородцы стоят на Петрове и у Олегова, учинив совет с князем их Романом Игоревичем, внуком Глебовым, нарядили пехоту водою, а сами с князем хотели идти на конях. И так как они сие не скоро и не тайно умышляли, уведал о том Всеволод и послал Олега Владимировича с полком своим в помощь к пехоте, бывшей на судах. Сей, немедля придя, стал у Олегова на берегу Оки и тотчас, услышав, что Роман бьется с пехотою у судов, немедля пошел к оным в помощь. Рязанцы же, видя Олега, отступили. Глеб стал против них, устроясь, а с другую сторону от судов пехота на них наступила. И победили рязанцев. Роман Игоревич, потеряв немало людей, возвратился в Рязань, а Олег с победою пришел снова к Пронску. И стояв еще около Пронска 17 дней, отняли воду у граждан. Проняне, видя несносную трудность от безводия, учинили совет. И послал Изяслав ко Всеволоду просить о мире. Который учинив, вышел Изяслав с вельможами из града октября 18 дня и просили у Всеволода прощения. Он же, взяв от пронян клятву, посадил во оном Олега Владимировича. А княгиню Веру князя Кир Михаила, дочь Всеволода Чермного, и бояр пронских со многим имением взяв, послал во Владимир, князя Изяслава отпустил, а по городам разослал своих управителей и пошел к Рязани. Пришедши же к Доброму Соту, хотел наутро перейти реку Проню. Тут встретили его рязанцы с просьбою, чтоб не ходил к городу их, о чем прежде епископ Арсений, посылая к нему, просил. И Всеволод, послушав просьбы епископа и рязанцев, возвратился и пошел к Коломне. Тут догнал его епископ Арсений с благодарением и просьбою от всех рязанцев и говорил великому князю: «Господин князь великий, я не пришел к тебе понуждать, ни льстить тебе, но послужить словом Господним. Ведомо мне, господин князь великий, что Бог поставил тебя владеть на земле, судить людям в правду; обидимых оборонять, немощным помогать, невинных оправдывать, винных наказывать тебе надлежит и Бог вам повелевает. Но при том должно и милость хранить и не всегда в ярости наказывать, ибо в ярости ум и мудрейшего помрачается. Так и апостол Павел учит послаблять рабам наказания, ведая, что вам и оным самим Господь есть на небесах. Особенно же нужно вам блюстись от клеветников, снедающих души человеческие, ибо они, приходя, клевещут ласкательными словами и притворною верностию, не вам, но себе только добра желая, и не радеют о душе вашей, ни даже не знают, что такое грех, или мыслят о том, что сами вскоре погибнут, только о том прилежат, как складно солгать и людей невинных погубить. Так что князь иногда, не исследовав беспристрастно вины, в ярости невинно губит. И снова, за иных князей Бог, разгневавшись за неправды и грехи государя, наказывает государство. Так ныне видим оклеветанных пред тобою князей рязанских, насколько я по совести знаю, неповинно, и никогда зла на тебя не говорили, но как отца и старейшину себе тебя почитали и всегда в твоей воле ходили. А племянники их, желая себе владение взять, тебе на них солгали. Ты же, поверив им, тех неповинно в темницы заключил и подданных, которые верны своим князям по данной ими клятве, невинно побиваешь и разоряешь, что, конечно, Бог взыщет в день судный от руки винного. Я же поставлен от него пасти церковь, учением словес его просвещать и на путь спасения наставлять. Ныне же, умолен будучи, послан от всех людей рязанских к вашей честности. Почему и пришел не властию повелевать, чего нам от Бога не дано, но властям повиноваться, и я же, с кротостью, смирением и слезами припадая к ногам вашим, прошу и молю принять слово мое. Воспомяни, князь, словеса Господа Иисуса Христа: «Всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду Божию, пред ним же не оправдается никто из живущих». Если хочешь владение их взять, то говорит Господь: «Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? Какой выкуп даст человек за душу свою? ибо если Бога любишь, а брата ненавидишь, ложь есть пред Богом». Того ради, хотя бы князи оные пред тобою виновны были или бы в чем не исправились, о чем я подлинно не знаю и не сужу, но прошу, оставь гнев твой на них и прими их в любовь, да и всевышний Бог тебе твои пред ним вины отпустит. Отврати ухо твое от клеветников, как царь Давид наставляет, укроти сердце твое от ярости, не погуби людей невинных и дай им мир в силе и власти твоей, да и Бог даст мир земле твоей, умножит лета твои и блага земли твоей».

Увещание укротило. Рязанское покорение. Рязанские князи остальные взяты. Князь великий, прослезясь сам, видя епископа и вельмож рязанских со многими слезами просящих, устыдился людей или убоявшись греха сего тяжкого, ведая неправость свою, сказал им, людям рязанским: «Отныне даю мир, а о князях буду советоваться, только б рязанцы учинили мне клятву с крестным целованием, что им не быть мне противными и князей остальных привести во Владимир, чтобы оные не учинили в людях мятежа». Оные же принуждены были то повеление бесспорно исполнить, учинили клятву на всей воле Всеволодовой. А Всеволод, собрав войска, оставив Рязанскую область в мире, возвратился во Владимир ноября 21-го дня. Рязанцы же остальных своих князей послали ко Всеволоду во Владимир. Тогда Всеволод, одарив всех, новгородцев и псковичей отпустил по домам, наказав им наикрепчайше, чтоб суд право по законам судили, любовь между собою имели, (смердам) простому люду своевольствовать не допускали. И так их с любовию отпустил. Сына же Константина и посадника Дмитрия, который был тяжко прострелен, оставил у себя, и с ними 7 человек лучших новгородцев, раненных у Пронска.

Мятеж новгородцев. Новгородцы, возвратясь в Новгород, учинили мятеж. Созвав на вече, жаловались на посадника Дмитрия и его братию, якобы оные грабили народ и купцов. И после того, рассвирепев, пошли на дворы их. Вначале двор посадника Дмитрия разграбили и, разломав, сожгли, потом братьев его дома разграбили, и все имение их, собрав, и села распродали, и разделили по всему граду на всякого мужа по 3 гривны, а что (на досках) (580) в лавках, то оставили князю. Потом привезли посадника Дмитрия, Мирошкина сына, мертвого и других, которые от ран померли. Народ же хотел Дмитрия сжечь, другие с моста в реку бросить. Но архиепископ Митрофан с великим пресечением возбранил им и погреб, поскольку у новгородцев с моста кого сбросить было великим поруганием ему и его наследникам (581).

Княжение ростовское. Белоозеро. Углич. Ярославль. Кострома. Галич. Доски или лавки купецкие. Вскоре после того Всеволод, князь великий, послал в Новгород сына Святослава. А старшего Константина оставил у себя и дал ему Ростов с пятью другими городами: Белоозеро, Угличе Поле, Ярославль, Кострому, Галич Меряжский. Святослав пришел в Новгород в субботу мясопустную, новгородцы приняли его с честию и дали ему доски посадника Дмитрия, на которых было богатство многое, и говорили: «Поскольку все на то согласились, что рода Мирошкина здесь не иметь, того ради даем их вам в вашу волю». Он же, взяв их всех с женами и детьми, послал к отцу своему. А другие откупились у князя серебром многим. И посажал их Святослав по другим градам области Новгородской.

Рюрика предприятие. Всеволод Чермный изгнан. Рюрик Киев взял. Рюрик Ростиславич, слыша, что Всеволод воюет Рязань, а готовится на черниговских, начал войско помалу собирать, послал половцев звать. И оные с довольным войском пришли. Сие так тайно он делал, что никто не ведал. Но как уведал, что половцы уже близко, выступил из Овруча и, совокупясь с сынами своими, пошел набегом к Киеву. Всеволод Чермный, так как готовился против Всеволода белорусского, все свои войска отправил к Чернигову, при себе же весьма мало имел, ибо не имел причины никого опасаться. Но уведав о сем, взяв княгиню с детьми, ушел из Киева. Рюрик, придя в Киев, захватил все имение Всеволодово и его вельмож. И оное раздав половцам, отпустил их от Киева.

Рюрик седьмой раз на Киеве

Всеволод Чермный, придя в Чернигов, созвал всех братьев и племянников, пошел с войсками к Киеву в марте месяце. Но, стояв 14 дней, не могши ничего учинить, февраля 1 возвратился в Чернигов.

Затмение луны. В тот же день февраля 1 было затмение луны, и осталось ее так мало, как одного дня. И сие было до зари утренней.

6717 (1209). Ярослав II в Рязани. Всеволод Юриевич, князь великий, послал сына своего Ярослава в Рязань на княжение. И рязанские все города дали ему в верности клятву с крестным целованием.

А Ярослав послал по всем градам от себя управителей. Но рязанцы не долго были в покое.

Рязанцев мятеж. Всеволод к Рязани. Изменники казнены. Рязань разорена. Глеб Владимирович, недоволен будучи, что только Пронск от Всеволода в награждение своей душевредной клеветы получил, хотел и Рязанью сам с братьями всей обладать. Да видя, что Всеволод оное все отдал сыну Ярославу, согласясь с братом Изяславом и обменявшись известиями с (Олеговичами) черниговскими и северскими князями, тайно просил их о помощи, обнадеживая лукаво, якобы стрыев и племянников хочет высвободить. Чему оные поверив, обещали ему помощь учинить. Они же, понадеясь на их помощь, послали по городам возмущать рязанцев против Ярослава, которые многих Ярослава управителей побрали под стражу, некоторых в тяжкие темницы заключили и поморили, а некоторые, малая часть, бегом спаслись. И хотели рязанцы Ярослава поймать и отдать черниговским. Но Ярослав, уведав о том, собрав всех своих людей к себе, начал осторожно себя хранить, а к отцу послал наскоро с известием, объявив ему весь тот тайный умысел. Всеволод, как только о том уведал, немедленно собрав войска, пошел со всеми детьми к Рязани. И придя, стал у самого града. Тогда Ярослав, умножив во граде стражу свою, выехал к отцу, и многие бояре и прочие рязанцы с поклоном, якобы ничего о том не ведали. Всеволод же немедля исследовал о том умысле и, обличив, многих оковал, и велел всем рязанцам с женами и детьми выйти из града. И когда оные то учинили, тогда винных бояр многих казнил смертию, других послал в заточение, взяв все их имение. Потом войску велел оставшееся во граде пограбить и весь град сжечь, а людей всех по своим градам развести. И землю Рязанскую всю пустой сделав, возвратился во Владимир, а епископа Арсения и некоторых бояр привез с собою.

Брак Всеволода IIL Любовь, вел. княгиня.. Всеволод, великий князь, совокупился второй раз браком, взял Любовь, дочь Василька витебского.

Владимир Игоревич из Галича. Роман Игоревич в Галич. В том же году король венгерский прислал войска к Галичу и выгнал Владимира Игоревича, и посадили снова брата его Романа.

Война болгар на Рязань. Кадом. Победа над болгарами. Болгары, придя на Рязанскую область, делали разорение. О чем уведав, князь великий Всеволод велел рязанскому тысяцкому Матфею Андреевичу, собрав войска сколько можно, идти на них. Он же, немедля собравшись, догнал их в Кадоме, и был между ними жестокий бой. И едва болгар победили, но тысяцкий рязанский сам убит.

Родился Василько Константинович. Декабря 7-го дня родился князю Константину Всеволодичу ростовскому сын и наречен во святом крещении Василий (582).

6718 (1210). Союз с венграми. Роман из Галича. Ростислав Рюрикович в Галиче. Снова изгнан. Рюрик, князь великий русский, послал к королю венгерскому о мире и любви. А при том велел ему представить, что Роман, князь галицкий, как ближний родственник Всеволода Чермного оному помогая, вред землям Рюриковым чинит. И хотя Рюрик мог бы довольно его смирить, но из-за того, что король ему на Галич помогал, не хочет, не согласясь с ним, силу употреблять. Король же рад был любви Рюриковой, а галицкое дело положил на волю Рюрикову и к галичанам о том писал. Потому Рюрик послал в Галич сына своего Ростислава. И оный, прибыв января 4-го, сел с честию на престоле, а Романа выслали в свою область. Но галичане, не дав Ростиславу долго владеть, опасаясь быть под властию киевскою, с таким беспорядочным и разорительным наследованием, как оное, послали Романа догнать. И приведши оного, февраля 2-го снова посадили, а Ростислава к отцу отпустили.

Матфей митрополит послом. Рязанские князи освобождены. Всеволод Чермный, видя, что из-за силы Всеволода белорусского не может Рюрика победить и великое княжение получить, а также сожалея о рязанских князях, не имея никакой к свободе их надежды, умыслил Всеволода в союз и свойство к себе чрез митрополита Матфея, поставленного им, привести и рязанских князей из заключения освободить, и послал о том прилежно, но тайно митрополита просить с великими ему обещании. К чему митрополит, по милости к себе Всеволода Чермного, охотно склонился и, не объявив Рюрику подлинного дела, просился для церковных нужд в Суздаль и Новгород просить о свободе у Всеволода епископа Арсения рязанского. Чему поверив, Рюрик его отпустил. И митрополит, пришедши во Владимир, принят был от Всеволода с надлежащею честию. И потом, улучив время, увещевал от святого писания и просил Всеволода о свободе рязанских князей и о любви со Всеволодом Чермным. Великий князь отказывался ото всего, показывая на рязанских многие их вины. Но наконец, познав сам ту неправду, ради просьбы митрополита всех их освободил. И призвав к себе, довольно ласковыми словами им выговоря, наставлял, как им в любви и покое жить. И приведши их к клятве с крестным целованием, отпустил, и всем рязанцам волю дал. А о любви со Всеволодом Чермным и всеми Олеговичи отказал, потому что он один без Рюрика мириться не может. И угостив довольно митрополита, со многою честию отпустил, а к Рюрику о том послал объявить и требовать его совета.

Родился Всеволод Иоанн Константинович. Июня 16 дня родился Константину Всеволодичу ростовскому второй сын и при крещении того ж июня 24-го наречен Иоанн, а княжеское Всеволод.

Новгородцев беспутство. Святослав за стражею. В том же году некоторые вельможи новгородские, озлобясь на Святослава Всеволодича за то, что он их за ограбление народа и неправые суды судил и наказывал, умыслили Святослава изгнать. И несколько, тайно согласясь, послали в Торопец ко Мстиславу Мстиславичу, внуку Ростиславову, просить, чтоб он шел в Новгород, объявив ему, что большая часть его желают. Мстислав, получив присланных, рад сему был и немедля, собрав людей, пришел в Торжок, а в Новгород послал с объявлением таковым: «Кланяюсь святой Софии и поздравляю всех новгородцев. Да ведомо вам будет, что я, услышав какое вам тяжкое насилие от Святослава и суздальцев чинится и сожалея вотчину мою, вас, Великий Новгород, пришел оборонить, которого я лишен насилием, если вы того хотите». Новгородцы, получив оное, учинили общенародный совет, где те, озлобленные, наиболее народ против Святослава возмутили. И после многих прений сии, усилившись, принудили согласиться взять Мстислава. И немедленно послали всенародно Мстислава из Торжка звать в Новгород. И приняв его с честию, ввели в дом княжий, а Святослава удержали в доме архиепископа за стражею, пока о том со Всеволодом договор не учинят.

Новгородцы пленены. Святослав освобожден. Совет разный. Новгородцы смирены. Мстислав выслан. Владимир Всеволодич в Новгород. Всеволод, князь великий, слыша о том, велел всех купцов новгородских переловить во всех градах белорусских. И вскоре послал сына Константина с братиею Юрием и Ярославом на Мстислава к Торжку. Мстислав также, собрав войска, смело пошел против них. И придя на Вышний Волочек, стал, не смея далее идти, рассудив про опасность, остановился, а велел новгородцам послать к Константину в Твердь, где он стоял, просить мира. А Святослава со всем его имением прислали к братьям и дань, положенную великому князю, привезли. Константин учинил совет с братиею и боярами, на котором Юрий и Ярослав, имея к войне охоту, сильно говорили, чтоб новгородцев за их клятвопреступление совершенно наказать и смирить и для того, не приемля их просьбы, идти к Новгороду, потому что половина была Всеволоду доброжелательна и за противников его не вступятся. Но Константин, поскольку не был к войне и кровопролитию склонен, а также не веря счастию, говорил, что «новгородцы ныне от страха мира просят, а когда увидят, что мы более от них, нежели им терпеть можно, требуем, то конечно все совокупно, вооружась, будут себя оборонять. Тогда нам нужно их оружием принудить. Но кто может на великие войска и лучшие в бою порядки надеяться? И если им счастие выпадет, то мы примем стыд и вред, а они более возгордятся». И так рассудив, мир новгородцам дали с тем, что им Мстислава от себя выслать и ожидать князя, кого отец пришлет. Потому Мстислав немедленно возвратился в Торопец. Всеволод же прислал к ним сына Владимира, которого они приняли с честию и возвратились. А Константин из Твери пришел к отцу и принят с честию и хвалою. А новгородцев взятых велел Всеволод всех отпустить.

Новгородцев смятение. Новгородцы, возвратясь в Новгород со Владимиром, учинили вече и посадника Ждана, Иванкова сына, да трех бояр, кои Мстислава призвали, поймав, хотели с моста бросить. Но едва архиепископ усмирил, так что их, побив, отпустили, а дома их и тех, кто с ними, разграбили.

Ходиницы. Вскоре после того пришла литва в область Новгородскую из лесов и делали вред. Владимир, собрав войско новгородское, пошел наскоро за ними и догнал их в Ходиницах и, окружив, так побил, что едва кто мог лесом уйти (583).

Война на болгар. Всеволод, великий князь, послал на болгар воеводу Козьму Радшича с войсками зимою. Он же, пойдя, мало вреда им учинив, возвратился.

Война пронских на Москву. Голобино. Мерзкар. Липово. Тряснар. Дрязна р. Пронские побеждены. Пронские князи, Кир Михаил с племянником Изяславом Владимировичем, услышав, что Всеволод сынов своих послал с войсками на Новгород, снова собравшись, пошли к Москве, не ведая, что оные, умирясь, возвратились. И придя в Коломну, стали, посылая, около Москвы разорять. Что уведав, князь великий послал сына Юрия с войском, идущим от Твери. И Юрий, придя на Голобино, под вечер послал разъезд проведать, где оные стоят. И получив известие, что Изяслав стоит на Мерзке, а Кир Михаил у Липова, распустив войска в набеги за добычей, Юрий пошел чрез ночь к Мерзке на Изяслава, поскольку оный был ему ближе. И придя в лес, выстроил полки свои, а за реку Клязьму послал передовых и сам за ними шел. На ранней заре сошлись сторожи обоих. И погнали Юриевы Изяславовых лесом, побивая многих. И Юрий не умедлил приспеть к речке Дрязне (Трясне). Тут ударил на Изяслава, а оный, не учинив боя, побежал. Тогда многих от полку его избили, других пленили и немало их в реке потонуло. Кир Михаил, слыша, что Изяслав побежден, побежал на уход с войском своим. Сия победа учинилась марта 26-го в великий четверток и собор архистратига Гавриила. Тогда Юрий, получив победу, возвратился с честию.

6719 (1211). Умер Рюрик II. Рюрика приключения., Порок. Апреля 19 дня преставился в Киеве князь великий Рюрик Василий, сын

Ростиславов, быв на великом княжении 37 лет, но между тем от зятя Романа и Всеволода Чермного был 6 раз изгоняем и был пострижен. Много пострадал, не имея покоя ниоткуда. Поскольку сам питием многим и женщинами увлекался, мало о правлении государства и своей безопасности прилежал. Судьи его и по градам управители многие тягости народу чинили, потому весьма мало он в народе любви и от князей почтения имел, но из-за силы свата его Всеволода Юриевича не смели его более свергнуть. После него остались 2 сына, Ростислав и Владимир.

Всеволод Чермный четвертый раз на Киеве

Как только Рюрик умер, киевляне немедленно послали в Чернигов ко Всеволоду Святославичу просить его на великое княжение. Он же, немедленно придя в Киев, сел на престоле, а Олег, брат его, остался в Чернигове.

Война половцев. Половцы, уведав о смерти Рюрика, пришли к Переяславлю и, много зла учинив, не дождались съезда со Всеволодом, а уведав, что полки от Киева идут, возвратились.

Митрополит послом. Мир великих князей. Всеволод, опасаясь великого князя Всеволода Юриевича, снова послал к нему митрополита Матфея просить о мире и любви. Митрополит же, придя, упросил Всеволода, чтоб ему позволил быть на Киеве и мир с ним учинил. А при том учинили договор о браке дочери Всеволода Чермного за Юрия Всеволодича, поскольку первая его княгиня умерла. И послал Всеволод Юриевич в Киев сына своего Константина с княгинею и боярами знатнейшими с женами и со многими дарами невестке своей. Всеволод же Святославич, приняв Константина с честию великою, держал их в Киеве до весны во всяком довольствии.

Новгородцев мятеж. Митрофан еп. изгнан. Антоний, еп. Новгорода. Новгородцы учинили великое смятение, невзлюбив князя Владимира, и послали снова за Мстиславом. Владимир, опасаясь более быть, уехал со всеми своими к отцу. И владыку Митрофана изгнали, а на его место избрали постригшегося тогда чернеца Добрыню и нарекли его Антонием.

6720 (1212). Рюрик Олегович черниговский. Брак Юрия III-го. Апреля 8-го дня князь великий Всеволод Чермный отпустил дочь свою во Владимир за Юрия Всеволодича. С нею послал племянника своего Ингоря Ярославича, да зятя Кир Михаила пронского с женами, и епископа черниговского, да бояр лучших с женами. С нею же послал злата, серебра, бисеров, камней драгоценных и одежд множество. Зятю же отдельно дары: кони, оружие и парчи разные. А сватов присланных, Константина с княгинею и боярами его, одарив богато, отпустил. И когда прибыли в Чернигов, Рюрик Олегович принял их с великою честию, учинил для них великий пир и веселие на два дня, а на третий отпустил и проводил их за город с княгинею. А сына своего послал проводить чрез всю свою область до Коломны. И прибыли во Владимир апреля 28 дня, а 29-го в воскресенье венчал князя Юрия Иоанн, епископ ростовский, в монастыре святой Богородицы. Было при том веселие большое, на которое созваны были князи рязанские и Давид муромский, веселились 8 дней. Князь же великий Всеволод Юриевич одарил невестку свою златом, серебром, бисером и парчи дал премножество и дал ей град Юриев на собственное содержание. Потом князей, прибывших с нею, и бояр, одарив богато, отпустил.

Пожар в Ростове. Ростов выгорел едва не весь, церквей сгорело 15.

Война в Ливонию. Тормачудь. Медвежья Голова гр. Дань с Ливонии. Мстислав Мстиславич новгородский ходил в Ливонию на чудь, именуемых торма (584), много пленил людей и скота пригнал бесчисленное множество. И отдыхал во Пскове, зимою же снова туда пошел, к городу, называемому Медвежья Голова, села многие пожег и город, обступив, добывал. Ливонцы же, покорясь ему, заплатили дань. А Мстислав всех их пленников отпустил и сам возвратился в Новгород.

Беспутство галицких. Венгерскому просьба. Галичан мятеж. Умер Роман галицкий. Умер Владимир галицкий. Галицкие князи Роман и Владимир, непорядочно живучи, многих жен честных и девиц насиловали и надругивались, многих знатных обвинив, дома их разграбили и невинно некоторых знатных казнили, а о суде и управлении не прилежали. И хотя многие дерзали их увещевать, но они не только презирали и на оных гневались, а советом ласкателей их последовали, пока народ весь, не могши более терпеть, рассвирепев, совокупясь, не захотел их изгнать, но боясь сродников их, черниговских князей, покушались зелием тайно уморить. Однако не могли того учинить, поскольку служители княжие и приятели, ведая на князей великую ненависть, крепко за тем наблюдали и некоторых, неопасливо дерзнувших, обличив, казнили. И послали галичане к венграм к королю тайно просить, чтоб сам пришел и, обиды их тяжкие рассмотрев, определение учинил. И если сын его захочет веру русскую принять, то б его на Галицкое княжение посадил, или бы им войско в помощь прислал, обещаясь убытки за то заплатить. Но король ни сам не пошел, ни сына не послал, желая прежде с галичанами о вере договор учинить, ибо без ведома и позволения папы не смел того учинить, а послал к Галичу в помощь только 4000 войска с воеводами. Венгры пришли немедленно близ Галича так тайно, что князи о том нисколь не ведали. Галичане, совокупясь, тотчас князей поймали, били их и ругали с женами и детьми, а потом Романа и Владимира повесили пред градом, служителей же их и льстецов галичан всех побили, а иных, ограбив, отпустили. И взяв от имения их более 1000 гривен серебра, дали венграм, и к королю послали с благодарением.

Всеволод Чермный с братьями и другие князи, слышав, что Роман и Владимир с женами, детьми и служителями побиты и ругательно повешены, какого зла никогда ни в коем народе не бывало, хотели все, собравшись, с войсками на Галич идти и оное злодеяние по достоинству отмстить, но время к тому им было неспособно (585).

Константина просьба к отцу. Прение о наследии. Вред государства от разделения. Отца воля в наследии. Князь великий белорусский Всеволод Юрьевич начал изнемогать, послал в Ростов за сыном своим Константином, желая ему при себе отдать великое княжество Суздальское со всею областию, другому сыну, Юрию, Ростов с городами, третьему, Ярославу, Переяславль, Тверь и Волок, четвертому, Святославу, Юриев и Городец, пятому, Владимиру, Москву, шестому, Иоанну, Стародуб. Константин тогда весьма болен был и, не могши сам к отцу ехать, послал к нему с прошением, чтоб не имел на него гнева за то, что он по крайней своей невозможности не может к нему приехать. И написал к нему о том весьма покорное прошение такими словами: «Отец предрагоценный и любезный, я покорно благодарствую, чем меня изволишь наделять, и прошу не возомнить на меня, чтоб я якобы тем вашим определением был недоволен. Только прошу не возбранить мне, сыну твоему, слово донести. Поскольку ты возлюбил меня, как старшего твоего сына, и хочешь меня на место свое старейшиною учинить, я пребуду по воле твоей. Но прошу, если честность твоя изволит, дать мне Ростов, как старейший град и престол во всей Белой Руси, и к тому Владимир. Или повелишь мне быть во Владимире, а Ростов ко Владимиру. И если тебе не противно, то прошу не презреть моления моего, я же, как скоро возможно, сам к вам поклон отдать буду». Всеволод же посылал снова за Константином, но он не пришел, о чем отец его опечалился тяжко и, созвав бояр своих и епископа Иоанна, объявил им (586). О чем между боярами было прение великое. Одни оправдывали Константина, говоря: «Князь, не достойно тебе так область делить. Ибо не можно всем братьям долго быть в согласии, но когда поссорятся и восстанет брат на брата, разорят области, чего черниговские, рязанские и смоленские более всего будут искать, чтоб братьев поссорить и силу их умалить. И хотя тебя ныне все почитают, как отца, и слушают, но только боясь силы твоей». Противно тому другие вину клали на Константина, что ослушался отца и не поехал, а к тому просит городов, не доволен будучи отцовым определением, а отцу сыновья все равны и дает кому что хочет. Тогда Всеволод послал за Юрием и отдал ему Владимир со всеми боярами и укрепил к нему всех клятвою.

Константин, уведав то, весьма опечалился и хотел идти к отцу, но из-за болезни не мог, а к тому же бояре опасались, чтоб его отец, призвав, не принудил оное его определение утвердить, и ехать ему не советовали.

Антоний, архиеп. Новгорода. Пожар в Новгороде. В то время пришел в Новгород Антоний архиепископ из Киева. А в Новгороде учинился пожар, погорело 4300 домов и 15 церквей.

6721 (1213). Умер Всеволод III. Апреля 14 дня в самый день Пасхи преставился благоверный великий князь Всеволод Димитрий, сын Юрия Владимировича, быв на великом княжении 37 лет, всего лет прожив 58, и апреля 15 дня погребен в церкви святой Богородицы златоверхой (587). Княгиня же его Любовь после смерти его постриглась в монастыре святой Богородицы честного ее успения.

Примечания

580. Досками именует лавки купеческие, ибо все едино; и может, сие имя от того произошло, что прежде товары, вынося из домов, на досках или лавках на площадях продавали, а потом хотя для того хранилища построили, но имя то сохранили, так же, как рогатина от рога, н. 302.

581. Сию поносную казнь впоследствии за измену и бунт новгородцам царь Иоанн Васильевич II совершил, знатнейших бунтовщиков с моста бросал. Но так как у них на то сделана была долбня, которою прежде осужденного в голову ударяли, чтоб не выплыл, и пихали, из-за того оный государь после казни ту долбню велел на воротах градских повесить, чтоб памятовали и впредь бунтовать опасались. Некоторые басню сложили, якобы оную долбню оставил им идол Перун, когда его в реке утопили, то он сию выбросил на мост. И сия басня в поношение новгородцам в Ростовском манускрипте и у некоторых в Степенной находится.

582. В сем 1209-м Кельх пишет: «Бискуп Альберт, приведши от немцев довольное войско, Кокенгаузен укрепил и пошел ко граду Герсику, где владел князь Вышевалд, который женат был на литовской княжне, и из-за того ему Литва на христиан помогала. Бискуп же оный город приступом взял и жену Вышевалдову пленил, но Вышевалд, придя, сам у бискупа ее выпросил». В сие время хотя Всеволод, великий князь, Лифляндиею и Эстландиею до Новгорода владел и женат был на княжне полоцкой, которых они литвою называют, но он там не был, а явно, что был Всеволод, сын полоцкого князя, ибо оное к Полоцку принадлежало, как ниже явится. Город же, н. 588, Герсике у русских переведенно назван Воробьин.

583. Литва хотя часто упоминается, как например в 1105,1130-м и пр., иногда это народы разных названий, как то: голяды, толинды, зимегола, сетгола, ссолы, сусолы, лотва, лотиглы, лотигалы и пр., только не иначе, как при походах русских на литву; а потом является, что литва стала приходить на пределы Русские, первый раз в 1190-м на волости Новгородские и 1203-м, а потом более, но только князей и великого войска литовского не видимо. Польские все начало литовского собрания кладут в сих летах, выписывая один из другого, как например Кромер из Длугоша, и Вельский, стр. 143: «В то же время литва начала воевать волости Русские; русские же, собравшись, победили их и дань платить принудили». Потом Вельский, стр. 152 и далее, дела литовские за лет более тысячи описывает без показания лет и свидетельств, и так смешал, что разобрать нельзя. Стрыковский о начале пруссов и литвы согласно с прочими своими пишет, а о сей войне так сказывает: «Князи Константин, Мстислав, Владимир, кончив войну с Юрием владимирским и Ярославом переяславским, возвратились. И потом в год 1207 литва, видя междоусобие русских, выйдя из лесов с великим войском, шли в Русь, где разорять и палить начали. Владимир же Рюрикович киевский, собрав воинство смоленское, а к тому князя Романа Борисовича, Константина, Мстислава и Ростислава, детей Давидовых присовокупив, пошел на литву и после жестокого сражения победил. В то же время Глеб рязанский шесть братьев победил». Стр. 215, кн. 6, гл. 7. Здесь Стрыковский тем погрешил, что Владимира киевским именует, которое он не прежде, как после прихода татар, в 1225 году, получил. Он же говорит о войне Константина с Юрием в 1206-м, а по русским достоверно в 1217-м, в этом году и Глеб рязанский братьев побил. И потому видно, что они десять лет как-то пропустили и в сказании дел русских и литовских смялись.

584. Сей поход Мстислава Кельх, стр. 57, сказывает в 1500, что, придя, великое разорение учинил. Но что в Новгородской и Псковской чудь торма именована, думается, о провинции Эстландии, которая на волости разных названий разделилась. Погост Торма есть в Дерптском уезде.

585. Стрыковский, кн. 6, гл. 8, о Галицком княжении иначе пишет, что после убиения Романа, монарха русского, восстала распря в князях русских, что Рюрик хотел в Киеве по-прежнему престол иметь, а другие домогались, чтобы быть престолу в Галиче или Владимире. И так между собою воевали; а Литва усилиться случай возымела. Ввиду несогласия же князей галичане призвали Коломана венгерского и королем русским учинили, и там епископ краковский Кадлубек его короновал. И по его представлению Коломан женился на Соломии, сестре Лешковой. Но русские, видя коварство венгров и обман в вере, боясь, чтоб молитв папежских вместо литургии русской не внес, рассудили, что где вера утеснена, там государство разорение терпит; из-за того Мстислава призвали. О сем ниже явится. Об убийстве же сих князей поляки не упоминают.

586. Здесь едва не во всех манускриптах с порицанием на Константина о противности его к отцу написано, что довольно сложение Симона, епископа суздальского, обличает. Новгородский же сказывает: «Константин, из-за болезни, не мог тогда к отцу идти», как я здесь внес, о чем ниже удостоверивает то, как сам себя Константин в 1217-м извинял. Между неприятелями его, может, Симон не последний был, и из-за того Константин, победив братию, Симона епископства лишил. Злоба же сия от чего произошла, того нигде не описано. Однако ж по рассуждению можно следующие причины положить: 1) отец Константина мог подлинно не любить, что Константин ему в советах правильно к чести и пользе отцовой советовал, а оное обличение прихотей не могло быть без досады, хотя и нерассудно. Равно Юрий II сына Андрея за то ж не любил. 2) Георгий, брат младший, от зависти с рассуждением отца довольно согласен был, желая неправо старшего брата лишить наследия, имел причину злодействовать и отцу озлоблять. А Симон так как у него в милости был и при нем историю писал, то не устыдился Константина порочить, а Георгия оправдывать. 3) Симон желал епископом в Суздале быть, может, Константин воспрещал и правильно, но ему было обидно; 4) сей великий князь был человек ученый и более о том прилежал, а епископ оный совершенно сим оскудевал, о чем его история, многими баснями наполненная, свидетельствует; сие же довольно известно, сколько ученых и мудрых неученые и невежды ненавидят, поносят и злодействуют. Когда ученый, даже весьма умеренно, пороки и суеверия обличает, невежды, не могущие законно противиться, тайно еретиком, безбожником или атеистом именуют и пред несведущими силы и писания с порицанием поносят. К чему довольный в памяти нашей пример о премудром императоре Петре Великом, какие злостные клеветы от невежд о нем рассеваемы были, но весь мир его прославляет.

587. Сего 1213 года Пасха была апреля 14. И потому скончался князь великий в самый день Пасхи. Тут же видимо, что год начат от Пасхи, а в Белозерской смерть указана в 1212-м 13 апреля в ночи; в Новгородской в 1213-м апреля 13 числа.