Великий князь Ярополк, сего имени I

6481 (973). После смерти Святослава остался Ярополк в Киеве, а братья его по уделам, и была между ними любовь и тишина во всей Руси (149).

6483 (975). Начало вражды. Ловля причина погибели. Ярополка братолюбие. Лют называемый, сын Свенелдов, ходил из Киева для ловли зверей к Древлянской области и внезапно встретился в лесе с Олегом князем, где учинилась между ними о ловле распря. Олег же, оскорбясь на наглость оного Люта, убил его. За сие отец Лютов Свенелд озлобился на Олега весьма; забыв должность свою и клятву к государю, отцу его, начал возмущать Ярополка на Олега, брата его, чтобы княжение его отнял, желая отмстить за убийство сына своего. Ярополк же долгое время не принимал сего злого совета, храня любовь братскую.

Женился Владимир I. В сем же году (по счислению) женился князь Владимир новгородский на Рогнеде, княжне полоцкой, о котором Нестор в 980-м по причине войны его с Ярополком написал.

6485 (977). Война Ярополка на Олега. Овруч. Умер Олег древлянский. Могила Олегова. Владимир ушел в варяги. Ярополк долгое время отказывался воевать на брата Олега, но по некоей причине возбужден был Свенелдом и пошел на брата своего Олега в Древлянскую землю. Олег же вышел против него, и, ополчившись, близ Овруча сразились полками, и здесь Ярополк победил Олега. Олег же прибежал со своими войсками во град, называемый Овруч, где был мост чрез плотину ко вратам градским. Войско же, теснясь, спихивали друг друга и во множестве утесняющихся спихнули самого Олега, и на него падали многие люди и с конями. Тут задавили его. Ярополк, войдя во град и не могши уведать, где брат его Олег, скрылся или убит, послал искать всюду многих людей; посланные же, искав всюду, не обрели. Тогда один древлянин сказал, что видел вчера, как спихнули его с моста. Ярополк послал тотчас к плотине, где трупы таскали от утра до полудня; едва сыскали его скрытого под трупами множества людей и коней утопших и, вынув, положили его на ковре. Ярополк, услышав, вскоре пришел к телу брата и плакал весьма, вопия: «О люто мне, что осквернился убийством брата моего, лучше бы мне умереть, нежели тебя, брат, так видеть, что злой клеветник учинил».

И обратившись, сказал Свенелду: «Смотри, ты сего хотел, что тебе воздам за сию пагубу». После сего погребли Олега на месте у города Овруча с честию и высыпали холм над ним высокий, который есть и до сего дня. И принял власть его Ярополк (150). Была же у Ярополка жена грекиня, которая прежде была черницею, приведенная отцом его Святославом и отданная ему в жену, красоты ради лица ее. Услышал же Владимир в Новгороде, что Ярополк убил брата Олега, убоялся и ушел за море к варягам. Ярополк, услышав то, послал от себя в Новгород посадников и был единовластен во всей Руси.

6486 (978). Печенеги побеждены. Ярополк ходил с войском на печенегов и, победив, возложил на них дань.

Родился Ярослав /. В сем же году по счислению родился Владимиру сын Ярослав (151).

6487 (979). Илдея, кн. печенежский. Пришел к Ярополку печенежский князь Илдея, отдавался ему в службу (152). Ярополк же принял его милостиво, дал ему города и волости и имел его в чести великой.

Послы от греков. В то же лето пришли послы от греков и подтвердили мир и любовь на прежних договорах, давая обещание ежегодную дань платить, а Ярополк обещал на греков, болгар и Корсунь не воевать и в потребности грекам со всем войском помогать.

В то же лето были знамения в солнце и луне, и громы и ветры сильные много зла людям и скоту содеяли (153).

6488 (980). Владимир Ярополку войну объявил. Отповедь невесты непристойная. Война на Полоцк. Рохволд побежден. Брак Владимира. Война на Ярополка. Измена воеводы. Владимира неистовство. Родня гр. Терга р. Раб верный. Умер Ярополк. Владимир, возвратясь с варягами в Новгород, объявил посадникам Ярополковым так: «Пойдите к брату моему и скажите ему, так как он убил неповинно брата Олега и меня обидел, сего ради я с войском иду на него». И отпустив их, сам оставшись в Новгороде, начал войско собирать и рассудил за полезное полоцкого князя Рохволда в союз (154) пригласить, и для лучшего в том успеха просил дочь его себе в жены. Рохволд объявил о том дочери своей, спрашивая ее, хочет ли она за Владимира в супружество, и представил ей послов Владимировых. Она же отвечала: «Не хочу разуть (155) сего рабынича, но за Ярополка хочу». Рогволд же родом был от пришедших князей из варягов с Рюриком и имел во владении Полоцк, а Тур был князь в Турове, от него и град Туров именован, от него же и туровцы прозвались. Посланные Владимировы, возвратясь от Рохволда, возвестили отповедь Рогнеды, дочери Рохволда, чем Владимир весьма оскорбился и, собрав войска многие, варягов, славян, русь и чудь, пошел на Рохволда к Полоцку. А в то время хотели Рогнеду везти в Киев за Ярополка. Владимир, придя к Полоцку, обступил град и, учинив на поле с Рохволдом бой, оного победив, Полоцк взял, Рогволда с его двумя сынами убил, а дочь его Рогнеду взял себе в жены (156). И так стал обладать княжеством полоцким. После некоего же времени Владимир, умножив войска свои от полочан и кривичей, пошел к Киеву на брата Ярополка для мщения за убийство Олега и за свою обиду. Но, ведая брата Ярополка храбрым и сильным, умыслил уговорить любимца Ярополкова и воеводу главного, Блюд именуемого, послал к оному тайно склонить великими обещаниями, чтоб Владимиру помог брата Ярополка победить. Блюд же (157) обнадежил в том Владимира. Ярополк, слыша, что Владимир идет, начал войска собирать, желая сам против него выступить, но Блюд, прельстясь великими от Владимира обещаниями, умыслив государя своего предать, советовал Ярополку, чтоб в поле не ходил, представляя Ярополку: «Князь, для чего хочешь войско трудить, ибо я совершенно ведаю, что Владимир во своих войсках любви не имеет и, поскольку рабынич, укоряем. И когда тебя увидят войска его, все без бою предадутся тебе; для сего нет нужды тебе против него выходить, но жди его в Киеве». И когда Владимир пришел к Киеву, Ярополк, видя войско его великое, заперся в Киеве с людьми своими и с Блюдом воеводою, а Владимир стал на Дорогожицах между Дорожен и Капищем, где есть ров и до сего дня. Владимир же, ведая брата храбрым и сильным, но имея надежду на изменника Ярополкова, смело ко граду приступил, а к Блюду послал снова говорить, чтоб ему помог Киев взять, обещая относиться к Блюду как к отцу и его в великом почтении, говоря: «Поскольку не я начал братьев убивать, но Ярополк, то я, того же убоявшись, пришел на него». На оное Блюд отвечал посланному от Владимира так: «Я буду Владимиру в сердце приятель». И начал Блюд часто ко Владимиру тайно посылать, показывая ему способы к одолению и убийству Ярополка, надеясь себе великую честь и власть при Владимире получить. Киевляне же все крепко любили Ярополка, и невозможно было его ни тайно, ни явно убить. Блюд же, видя сие, умыслил Ярополка коварством к погибели привести, советовал ему не пускать войска из града на брань, хотя умные советовали прилежно, чтоб Ярополк, не томя войска во граде, выступил в поле и, не страшась, на Владимира наступил. Но он, более веря оному коварному своему любимцу, того не сделал. Войско же Ярополково, видя, что их без пользы с великим утеснением во граде заперши держат, стали тайно ко Владимиру отходить, а Блюд посылал ко Владимиру, чтобы ко граду спешно приступал. И когда Владимир приступил, сказал Блюд Ярополку: «Ныне уведал я, что киевляне все хотят предаться Владимиру и с тем тайно к нему посылают, сего ради нужно тебе бежать из града». Ярополк, нерассудно поверив оному своему тайному злодею, оставив Киев, ушел во град Родню (158) на устье Терге и там укрепиться хотел. После выхода Ярополка киевляне, видя себя без главного, Владимиру отворили врата. Он же, войдя, послал войско осадить Родню и содержал оный в крепкой осаде некоторое время, чрез что сделался в Родне голод великий, от чего есть пословица и до сего дня: «Беда, как в Родне». Тогда коварный Блюд говорил с лестию Ярополку: «Видишь, сколько войска у брата твоего, нам противиться ему не с чем, сотвори мир с братом своим». И сказал Ярополк: «Будет так». И послал Блюд к Владимиру, говоря: «Ныне исполнилось желание твое, ибо приведу к тебе Ярополка, а ты исполни намерение свое». Владимир, слышав то, вошел в отеческий двор теремный, о котором прежде сказано, и сел во оном с вельможами своими. И сказал Блюд Ярополку: «Пойди к брату своему и скажи: я тебе уступаю Киев, а прошу, дай мне то, чего ты сам рассудишь, и я тем буду доволен». Ярополк послал сначала ко Владимиру сказать, а потом и сам пошел в Киев к брату своему. Тогда один от верных его, называемый Варяжко, говорил ему: «Князь, не ходи, убьют тебя, но уйди к печенегам и приведи войско». Однако Ярополк, не послушав его, пришел ко Владимиру. И, когда только вступил в двери, проткнули его два варяга мечами под пазухи, Блюд же затворил двери и не дал после него войти рабам его. Так вот убит был кроткий Ярополк, быв на великом княжении 8 лет.

Примечания

149. Ярополка житье и дела у Нестора не весьма хвально описаны, но скорее неверность и предательство его вельмож ему в слабость и нерассудность приписал; напротив же, Иоаким его кротость, благонравие и любовь к христианам довольно похваляет; однако ж так как кротость и набожность в простых людях не похвальна, а больше строгость и правота в государях; свирепство только государям порочно и вредно, ибо осторожность, и бодрость, и правосудие отъемлют, а чрез то областям больший вред приключается, и власть их презирается, что примерами изъяснять, так как всякому вразумительно, не потребно.

150. Сих князей Ярополка и Олега кости в 1044 крещены. Думаю, оное довольно Иоакимово сказание о благочестии Ярополка утверждает; могила же Олегова при граде Овруче видима, холм не малый высыпан. Сочинители Степенной книги его в числе великих князей не указали, из-за того что вели по потомкам, а не по порядкам государей. Владимир, по сказанию Иоакима, будучи в Варягах, женился, но на чьей дочери и как ее звали, не показано, только от нее сына старшего Вышеслава сказал, а Нестор оного от Рогнеды полоцкой рожденного. Брак с Рогнедою в 976 году, как и рождение Ярослава, вызывает сомнение. По Иоакимову же сказанию яснее и лета Владимира согласуют, что ему прежде Рогнеды жену иметь было можно. Ибо брак с Рогнедою на 33 год его возраста приходит; еще же и то уверяет, что он в Полоцке не Вышеслава, но Изяслава, как старейшего наследника его матери, определил.

151. О рождении Ярослава Нестор умолчал, но о приходе его в Киев в 1016 году сказывает 38 лет, из-за того я здесь его рождение в порядке прибавил, равно отца его рождение и брак по исчислению внесены.

152. Князь печенежский града или место к построению получил, не где иначе, думаю, как по реке Реи, или Роси; ибо там жили печенеги, торки и казары, подвластные Руси, имея разные грады. Их же редко различает, но более в одно имя просяне, или порсяне, иногда берендеи, иногда черные клобуки именовал; и было их войско немалое.

153. О сей жестокой буре Кромер согласно пишет, а Готфрид в Хронике в 968 такое же приключение написал. Вольфгард, или Ликосфен, имеет затмение солнца в 968, а в 979 комету, голод и мор.

154. Сего Рохволда История Псковская и некоторые Степенные, также в разных списках, и Стрыковский, стр. 130 и 132, сказывают быть князем плесковским, иные полоцким, как в манускрипте Радзивиловском, в ином месте пултуским или плотцким; кое-где же Путимль Пултуском именуют, но сие опискою от неразумия списывающих произошло. Ибо Плотск в Польше в княжестве Мазоветском на реке Висле, Пултуск тоже в Мазовии, которые весьма далеко от пути Владимирова, и князей там таких не было, Плесков же оказался позади. И так, без сомнения, был князь полоцкий, как и сам Нестор ниже определением сына Владимирова Изяслава в Полоцк довольно изъяснил. Равно и княгине имя в ином месте Рогнеда, а кое-где Рогмида, а после брака имя дано славянское Горислава. О причине же войны сей Иоаким сказывает – за обиду области Новгородской; в ином месте – только из-за обиды Ярополку, за которого оная помолвлена была; а здесь из манускрипта Хрущева видится приличнее.

155. Разутие есть древний обычай, что невеста в знак ее покорности повинна была жениха своего первую ночь одну ногу разуть; и сие еще между незнатными в памяти нашей во употреблении было, а у крестьянства и ныне есть, о чем Олеарий и другие описатели Руси вспоминают. Что же она Владимира рабыничем именует, оное от матери его разумеет. О ней же Стрыковский сказывает: «Был в Новгороде гость знатный Каплюшка Малец, имел 2 дочери, Малушу и Добрыню. От сей Малуши, бывшей казначеем при Олеге, родился Святославу сын Владимир». Только Стрыковский в имени другой сестры ошибся, что вместо брата ее Добрыни сестрою назвал. А здесь хотя и сестру ее за Малком Любчанином указывает, но имени ее не объявил. Она по имени рода славянского и, может быть, свойственница Олеге была, ибо чин ключницы при дворе был знатный.

156. Брак Владимира хотя Нестор в 980 году описал, но оное по причине вражды с Ярополком здесь, как прежде бывшее; и видно, что оное гораздо прежде было, поскольку он сам сказывает, что Ярославу от сей Рогнеды третьему сыны в 1016-м было 38, при кончине его в 1054 году 76 лет стар был. И потому Ярослав родился в 978, а Вышеслав, первый сын его, по меньшей мере, в 976. Брак же Владимиров в 975 или 976, с которого может и злоба с Ярополком произошла, а не убийство Олегово, в котором Ярополк не был винен.

157. Блюд по Степенной новгородской и Стрыковскому Блуд именован; а поскольку он человек знатный был, то невероятно, чтоб имя Блуд столь поносное имел, но приличнее Блюд, от блюдения или охранения происходит, или оное испорчено, или после по его злодеянию Блуд именован. В немецком переводе написан он плут, или шельм, что по его заслуге хотя и достойно, но за имя почитать не можно, и переведено неправо, поскольку блуд на русском языке значит двояко, как блуждание и любодейство. Воздаяние же от Владимира такому злодею для примеру изменникам достойно учинено, ибо кто единожды изменил и клятву преступил, такого всегда опасаться должно, и благоразумные государи их близ себя не держат. О сем предательстве Иоаким нечто пополнил.

158. Родня град есть близ Киева на западной стороне, ныне село. О беспутстве же или великом пороке обоих как Ярополка, так Владимира извинить не можно. Первый весьма непристойно одному любимцу вверился, откинув свое и других людей рассуждения, что многих государей в великие пороки и вреды их собственные и государственные вводит; ибо великая поверенность и власть у одного его чинит гордым и презрительным, а у других зависть, ненависть и злоба рождается. Точно так же Владимир не много о благочестии и справедливости разумел, раз такого беззлобного и покорного брата убил.