Великий князь Игорь, сего имени I, сын Рюрика первого

6421 (913). Константин имп. Начал владеть Игорь после Олега. В это же время в Греции начал царствовать Константин, сын Леонов, зять Романов.

Древляне отделились. В том же году древляне отделились от Игоря после смерти Олега, не желая ни дань, ни войска давать.

6422 (914). Война на древлян и победа. Пошел Игорь на древлян и, победив их, положил на них дань больше Олеговой.

Война болгар с греками. Война на угличей. Пересечень. В то же лето пришел Симеон болгарский на Цареград и, сотворив мир, взяв откуп великий, возвратился (97). Игорь, собрав довольное войско, послал с оным на угличей воеводу своего, именем Свинелд. Он же, пойдя, покорил их и дань возложил, но один град Пересечень не покорился, который держал в осаде три лета и едва взял, ибо угличи сидели вниз по Днепру (98). И взял Свинелд дань с них древлянскую по черной кунице с дыма и раздал войску, бывшему с ним.

6423 (915). Война печенегов. Война болгар с греками. Печенеги в Болгарии в помощь. Андрень гр. Арестов. Агамемнон. Андриан имп. Пришли печенеги первый раз на Русскую землю и, сотворив мир с Игорем, прошли к Дунаю. В сии же времена пришел Симеон болгарский, пленил Фракию. Греки же послали за печенегами, которые не умедлив пришли. А также собрались греческие воеводы и хотели на Симеона наступить, но из-за несогласия между греческими воеводами войска греческие возвратились. Печенеги, видя, что греки между собою имеют вражду, а об общем не радеют, возвратились домой; болгары же, наступив на греков, победили и войско их разорили. Тогда Симеон болгарский взял град Андрень, который сначала Арестов град назывался от Ареста, сына Агамемнона, который, в трех реках тут купавшись, исцелился от болезни, и ради сего град сей поставил и во имя свое нарек. Затем же Андриан царь его обновил и в свое имя нарек Андриан, мы же зовем Андрианоградом (99).

6428 (920). Роман имп. Николай патриарх. В Греции возведен царь Роман Константином царем и Николаем патриархом (100).

В том же году Игорь воевал на печенегов.

Родился Святослав. В том же году родился Игорю сын, и нарекла его Ольга Святослав (101).

6429 (921). Лета 921. Игорь, приуготовив войско большое и корабли, хотел идти на греков, но упрежден был.

6431 (929). Война болгар на греков. Пришел Симеон болгарский на Цареград и попленил Фракию и Македонию. И пришел ко Цареграду в силе великой и в гордости, но сотворил мир с Романом царем и возвратился восвояси (102).

6442 (934). Война венгров на греков. Первый раз приходили (угры) венгры на Цареград и пленили всю Фракию. Роман же император с ними мир учинил.

6449 (941). Игорь требует дани от греков. Война Игоря на греков. Вифиния. Понт. Ираклия. Пафлагония. Никомидия. Русские побеждены. Дроманы. Фара. Огнь трубами. Ладьи пожжены. Игорь, посылав в Грецию дани ради и видя, что греки не хотят установленного с Олегом платить, пошел на них. А болгары, уведав о том, послали весть ко царю, что руссы идут с войском великим в ладьях к Цареграду. И, придя, Игорь завоевал Вифинские страны и пленил по Понту до Ираклия и до Пафлагонских земель, и всю страну Никомидскую попленил, и суду всю их пожег и побрал. Много же святых церквей, и монастырей, и сел пожгли и имение многое от обоих стран взяли. Греческое же войско не было тогда в сих местах, ни воевод их. Но вскоре пришли воеводы с войсками от востока: Памфиль Демественник с 40 ООО, Фока Патрикей с македонянами, Феодор же Стратиг с фраками, с ними были многие вельможи. И, придя, обступили русских около. Игорь, учинив совет, вооружившись, пошел на греков. И была жестокая битва между ними, но едва множеством войск греки одолели, русы же возвратились к вечеру к полкам своим, стояли у ладей. И той ночью Игорь, сев в ладьи, отошел от берега. Роман послал на дроманах, сколько было в Константинополе, войска с Феофаном Патрикием на Русь; и Феофан, судовые войска уготовив, вышел, ожидая руссов на себя в ладьях, чтобы напасть из крепкого места, называемого фара, что значит стражница (103); в ней же огонь имели на освещение в ночи приходящим кораблям. Сие на устье Понта есть для стражи, так как тут многие разбойники на страны те нападали. И встретил Феофан русских в кораблях, учинили бой жестокий. И конечно бы русские победили, но греки начали трубами огонь на ладьи русские пускать. И было зрелище страшное. Русь же, видя пламень на себя, кидались в воду морскую, желая избавиться от него. Тогда много было ладей русских и с людьми греками сожжено и потоплено. Но те, которые, увидев оное, отступили, те совсем спаслись и возвратились в Русь (104). Возвратившись же поведали о бывшем несчастии от огня, что греки, на судах своих имея, пускают и жгут суда, из-за которого не могли против них выстоять. Игорь же, возвратись, начал снова войска многие совокуплять, послал за варягами за море, призывая на греков, желая отмстить за свое несчастие.

6450 (942). Война болгар на кроатов. Болгары побеждены. Петр болгарский. Пошел Симеон болгарский на хорватов, и побежден было от хорват, и умер, оставив болгарам князем сына своего Петра.

6451 (943). Война венгров на греков. Снова угры приходили на Цареград и, мир сотворив с Романом, возвратились.

6452 (944). Печенеги наняты. Война на греков. Игорь, собрав все свои войска, славян, полян, русь, кривичей, тиверцев, к тому нанял печенегов, и со всеми пошел второй раз на греков в ладьях и на конях, желая мстить за прежнее свое несчастие. Слышав же сие, корсунцы послали к Роману, возвещая, что идут русь в бесчисленных кораблях, которые покрыли море. А также и болгары послали весть о том же, и что печенегов Игорь нанял, и землею конница идет.

Послы от греков. Советование. Дань от греков. Война на болгар. Сие слышав, царь Роман послал к Игорю знатных бояр с просьбою, чтоб не ходил, а договоренное с Олегом взял за все годы. А также и к печенегам послал злата много и парчи. Игорь, придя к Дунаю, получил послов тех и, созвав советников, объявил им речь цареву. Вельможи же Игоревы советовали и говорили: «Когда царь греческий хочет дань платить без войны, то чего можем более требовать? Ибо лучше не бившись желаемое получить, поскольку кто знать может, кому в войне счастие будет. Здесь же не по земле ходим, но по глубине морской, и общая есть смерть всем». Игорь, приняв сие за полезное, велел печенегам, которые шли на конях с русскими войсками, Болгарскую землю воевать. А сам, взяв от греков присланные дары, велел послам прибыть с данью обещанною в Киев, сам возвратился со всеми войсками к Киеву.

6453 (945). Послы от греков. Прислали цари греческие Роман и Константин и Стефан соуправитель послов к Игорю для утверждения прежнего договора, и привезли обещанную дань на войско русское. Игорь же говорил с ними о мире и послал своих послов к Роману императору. Роман же, определив вельмож, велел с русскими послами советоваться и писать обоих речи на хартию равно прежнему договору, учиненному при Олеге, и с Игорем на Дунай. Из-за чего послы, придя в Цареград, после советований с вельможами греческими, учинили следующий договор:

Договор с греками. Улеб, или Глеб. Предслава княг. Святослава. Ефаинда, княг. Стефан греческий, Христиане в Руси. Языческое мнение о вечности. Мы от рода русского послы и гости Игоревы, великого князя русского, и общие послы: Фуеваст Святослава, сына Игорева; и Ольги, княгини Игоревы, слуга Нетий; и Улебов Владислав; Конецер Предславин; Шигоберн Ефаинды (105), жены Улебовы; Прастен Туродувов; Либкар; Набиар Фастов; Грим Сфирков; Прастен Якун; Кар Студков; Каршев Тудоров; Егри Вжисков; Вьискув Икувь; Истр Аминдон; Прастен Бернов; Ятвяг Гунарев; Шабрин Авдан; Кол Кенов; Стегн Чтонов; Сфирка; Алвод Гудов; Фрудит Лбов; Мутор Утин. Купец Адун, Адолф, Антивлад, Улеб, Фрутан, Гомол, Елиг, Куци Елин, Курдин, Адун, Туробрид, Фурстен, Бруналд, Гунастр, Фрастен, Ингелд, Турибен, Кудин и другой Мони Руалд, Свень, Стор, Алдан, Тилен, Апубран, Свен, Вузелев и Сынко Боричь, посланные от великого князя русского Игоря, и от всех светлых князей русских, (106), и от всех людей Русской земли. И от тех повелено нам обновить ветхий мир, а ненавидящего добра и враждолюбца диавола разорить, и утвердить многие годы бывшую между греками и Русью любовь. Пресветлый великий князь наш Игорь, и князи, и бояре, и их все подданные русские послали нас к Роману, Константину и Стефану, царям и великим князям грецким, сотворить любовь с самими царями и со всем синклитом и государством Греческим на все годы, до тех пор пока солнце сияет и весь мир стоит. И ежели кто помыслит от страны Русской разрушить такую любовь, то те, кто крещение принял в стране Русской, да примут месть от Бога вседержителя, осуждение на погибель в сей век и в будущий. А те из нас, кто некрещеные, да не имеют помощи от Бога, ни от Перуна не защитятся щитами своими, да посечены будут мечами своими, и от стрел, и от иного оружия своего падут, и да будут рабы в сей век и в будущий (107).

Печати златые. Письмо в Руси. Сего ради великий князь русский и подвластные его да посылают к грекам к великим царям грецким корабли, сколько хотят, с послами своими и гостями, а также им уставлено было, что имеют послы печати золотые, а гости серебряные. Ныне же утвердил князь наш посылать грамоты (108) ко царству вашему с посланными, которые должны иметь и гости, изъявляя, что с миром приходят. И сие должно и от греков чинить. Синклит же греческий уложил главы сии:

Пропускные письма. Дорогие парчи запрещены. Цена рабу. Покража вдвое. Цена пленникам. 1) Если без грамоты придут русские, оных удержим и храним, пока не возвестим князю русскому. Ежели же взять себя не дадут и противиться будут, и такового если при поимке убьют, невинны будут убийцы. А ежели убежавшие придут в Русь и мы напишем к князю вашему, то что хотят, то с ними учинят.

2) Если придут русь без торгу, оным не должно требовать месячины (109). И надлежит запретить князю словом своим приходящим сюда руси, да не сотворят в селах и в стране нашей коего вреда, но, приходя, пребывают у святого Мамы (110). Тогда пошлет царство наше переписать имена их и потом возьмут надлежащее им, послами уставленное, а гости месячное свое: в первую очередь от города Киева, и затем из Чернигова, из Переяславля и из прочих городов. И входят во град одними вратами с царским мужем без оружия 50 мужей и торгуют, как им потребно. А потом снова исходят, и приставленный от греческих царей да охраняет их. 3) Ежели кто от руси или от греков учинит неправо, должен судим быть на месте. Входя же во град, да не творят русь вреда или вражды и не имеют власти покупать шелковые ткани дороже восьми золотников (111) – И те шелковые ткани кто купит, повинен показать приставленному от царя, который повинен купленное запечатать и отдать им. 4) Когда же русь похотят отсюда отойти, да требуют от нас, что на путь потребно, пищу и что надобно ладьям, а также что прежде уставлено было, и возвращаются с письмом во свою землю, но не имеют права зимовать у святого Мамы. 5) Ежели сбежит от руси холоп, и когда придут в страну царства нашего и от святого Мамы, ежели оный сыщется, имеют свободно его взять. А ежели не сыщется, то имевший подозрение клятвою утвердит. Ежели подозрительный не оправдается, то возьмет хозяин от нас цену, как прежде уставлено, две ткани шелковые (два кафтана) за раба. Ежели кто от людей царства нашего, или от града нашего, или от иных городов бежит раб наш к вам и принесет что, да возвратят его и все принесенное с ним в целости, а возьмут за него 2 золотника. А ежели кто дерзнет из русских взять что от людей греческих, оный да будет наказан по достоинству без пощады, и что взял, должен заплатить вдвойне. А также если что учинит гречин русину, и ему учинить то же. 6) Ежели украдет русин от греков или гречин от руси что, должен возвратить не только то само, но и цену его. А ежели похищенного не возвратит, то должен заплатить цену вдвое по сказанию обиженного. 7) Если сыщется, что украденное продал, то должен заплатить цену оного вдвое, как хозяин украденного под клятвою скажет, и наказан будет по закону греческому или по закону русскому.

8) Когда христиан от власти нашей плененных русь приведут, оных, ежели будет юноша или девица возрастные, заплатить 10 золотников и взять; а ежели средневозрастные, то 8; за старого же и за младенца 5 золотник.

Корсунь под властию греков. 9) Ежели сыщется русин пленник, работающий у греков, то выкупить по 10 золотников. А ежели купил гречанин, то, учинив клятву, что дал за него, дать. 10) О Корсуньской стране. Сколько городов есть на той стороне, не имеют власти князи русские на оные воевать или ими овладеть. Но ежели они дадут ко вражде причину и потребует князь русский от нас управы, то пошлем войско и управу учиним (112). 11) Ежели русские найдут корабль греческий выкинутый на берег, да не учинят ему обиды. И ежели от него возьмет кто что, а также человека убьет или пленит, да будет наказан по закону греческому или русскому, каждый по своему закону.

Наказание каждого по своему закону. Христиане и русь различены. За убийств деньги. 12) Ежели русь найдут корсунцев, рыбы ловящих в устье Днепра, да не учинят им никоего зла. И не имеют русь власти в устье Днепра, и при Беловежи (113), и у святого Елферия (114) зимовать, но когда придет осень, повинны идти в дома свои в Русь. 13) Когда же придут черные (115) или болгары воевать на страну Корсунскую, то великому князю русскому их не допускать, чтобы не учинили вреда оному пределу. 14) Ежели случится какое преступление от греков, что под властию царства нашего, не имеют руссы власти их наказывать, но повелением царства нашего да примет каждый по закону, как то сотворил, а русский по закону русскому (116). 15) Если убьет христианин русина или русин христианина, да будет выдан убийца ближним убиенного, и убьют его или возьмут за голову установленное (117). Если убийца убежит, а имеет дом, то возьмут имение его ближние убиенного. Ежели убийца бездомовный будет и уйдет, то должно его убить, когда сыщется. 16) Ежели кто кого ударит мечем, или копьем, или каким иным сосудом: русин гречанина или гречанин русина, и за оное заплатить 5 литр серебра по закону русскому. Ежели же неимущий учинит, оного продав платье, в чем ходит, в цену положить, и затем клятву даст, что платить чем более не имеет, и после отпущен будет. 17) Ежели наше царство пожелает от вас войска на неприятелей наших, тогда потребуем от великого князя вашего письмом и пошлет к нам, сколько хотим, да уведают чрез то иные страны, какую любовь имеют греки с Русью.

Клятва оружием. Индикт. Мы же сей договор написали на двух хартиях, одна хартия у царства нашего есть, на ней же есть крест и имена наши написаны, а на другой ваши послы и гости подписались и знамена приложили. Отходящих же послов от царства нашего повелим к великому князю Игорю русскому препроводить, и те да принимают хартию с клятвою, что все договоренное хранить. На другой же хартии имена наших русских послов написаны. И сколько нас есть христиан, клянемся церковию святого Илии (118) в соборной церкви пред лежащим честным крестом и хартиею сею, а некрещеные по закону своему, что сохраним все написанное в ней и не будем преступать от того ни на сколько. А кто переступит сие от страны нашей, князь или иной кто крещеный или некрещеный, да не имеет помощи от Бога, да будут рабом и в сей век и в будущий, и да убиен будет своим оружием. Некрещеные русь полагают щиты свои и мечи свои обнаженные, и брони свои (латы), и прочие оружия, и да клянутся обо всем написанном на хартии сей, что Игорю, и всем светлым князям, боярам и всему народу страны Русской хранить это всегда. А ежели кто от князей или подданных русских крещеный или некрещеный преступит сие, что написано на хартии сей, да будет достоин своим оружием умерщвлен быть, и да будет клят от Бога и от Перуна (119). Да общее будет добро сохраненно, поскольку Игорь великий князь обещал хранить любовь всю правую и не разрушить, до тех пор пока солнце сияет и весь мир стоит в нынешний век и предбудущие все времена непременно. Лета 6453-го, индикта 4-го, апреля 20-го, в третию седмицу (120) по Пасхе.

Послы греческие, Клятва Игоря. Церковь св. Илии. Христиане в Киеве. Шкура – деньги. Мир умножает богатства. Послы же Игоревы возвратились с послами греческими к Игорю и возвестили все, на чем с Романом императором договорились. Игорь же, призвав послов грецких, спросил о повеленном им от царя. Тогда послы греческие объявили: «Имеем приказ царский, что желает и хочет мир и любовь иметь к князю русскому и прочим князям. А поскольку ваши послы водили царя нашего ко кресту, а за вас обещали, что и вы клятву по вашему закону учините, того ради нас послал, чтоб вы и ваши князи клятву на обещании том учинили». Игорь же обещал им так учинить. И наутро призвав послов, пошел на холм, где тогда стоял Перун, и положили оружия свои, щиты, брони и золото, и учинили клятву Игорь сам и вельможи его, которые в язычестве были. А христиан русь водили ко кресту в церкви святого Илии, которая над ручьем в конце Пасынчи беседы и казары, ибо то соборная церковь была, поскольку много было варягов, славян и руссов христиан (121). Игорь, утвердив мир с греками, одарив послов пленниками, шкурами (122) и воском, отпустил их. Послы же, придя к императору, возвестили всю речь Игореву и любовь, которую к грекам имеют и впредь иметь желают. И было радость обоим государствам великая и тишина, а чрез то ремесла и торги умножались.

Начал Игорь пребывать в Киеве, имея мир со всеми странами. И с приближением осени начал мыслить идти на древлян (123), желая возложить большую дань.

В том же году сын Романа царя Константин посадил отца своего в заточение.

Сребролюбие погибели причина. Умер Игорь. В то же время войско Игорево Свинелдовой власти просили Игоря, чтоб велел им дать оружие и одежды или бы пошел с ними на древлян, где князь и они могут довольно получить. И, послушав их, Игорь пошел на древлян ради собрания дани. И возложил на них дань более прежней, но при том как сам, так и его воинство древлянам учинили оскорбление великое. Взявши же дань, возвращался к Киеву, но, в пути размыслив, сказал воинству, чтоб шли с данью домой, а сам с малою частию возвратился к древлянам, желая еще больше приобрести. Услышали же древляне, что снова Игорь к ним идет, задумались с князем своим Малом и сказали: «Если повадится волк овец похищать, то уничтожит все стадо, пока его не убьют. Так и сей, ежели не убьем его, всех нас разорит и погубит». Однако послали к нему от себя послов просить, говоря: поскольку ты собрал дань всю, то нет причины к нам идти, и чтоб оставил нас в покое и возвратился в Киев. Но Игорь не послушал их просьбы. Они же, выйдя из города Коростеня против него, нападши ночью неожиданно, убили Игоря и всех бывших при нем, поскольку с ним было людей весьма мало. И погребен был там, где до сих пор могила его близ Искоростеня града в Древлянах (124).

Примечания

97. Готфрид в Хронике между лет 912 и 914 сказывает о войне греков с болгарами, что Роман счастие над болгарами имел. А в Лексиконе историческом Симеон пропущен. Но о Романе, описывая, сказывает, что Симеон болгарский много беды Роману нанес, в 927 нашел Роман средство к твердому миру, за сына Симеонова Петра отдал внучку, дочь сына своего Христофора, Марию.

98. Угличи вниз по Днепру народ, выше их гилы именует, н. 37. Первое имя славянское от реки Угла, впадающей в Днепр, которая потом Эрель, как в 1184 году сказывает, а ныне Орель именована; ибо угль, или уголь, славянское, а фрело сарматское то же значит; где и Пересечен в старой ландкарте положен.

99. Андриан, ныне именуется Адрианополь, а прежде именовался Орестия от Ореста, сына Агамемнонова, по сказанию Зонарову, т. II, стр. 251. Геродот – Андрия, у Птоломея – Андрианополис, и Птоломей мог знать, ибо сам был при Андриане. Лампридий то же, что Зонар, написал. Евтропий, кн. 8, гл. 8. Аммиан Марцеллин сказывает, что первое имя Андрианополя было Ускудама, из-за того у географов распря, которое было первое имя.

100. Бароний в 919 году сказывает, что Роман соуправителем был императору Константину, а в следующем, т. е. 920, августом или императором учинился. Лексикон исторический.

101. О рождении Святослава в Новгородском и в Ростовском манускриптах положено, а в прочих не находится; а поскольку 27 лет после брака, то нужно было прежде детям быть, и после младшие Святославу братья были, о которых Нестор в договоре с греками, н. 105, упомянул. Иоаким о мучении за веру брата его Улеба, или Глеба, объявил.

102. Поход Симеонов. В Лексиконе историческом: «Симеон, славный король болгар, 924 году греков победил и Адрианополь взял». Бароний в 928 о сей победе сказывает. Сии обстоятельства хотя к нашей истории не относится, но я из-за ведения Нестерова из историй чужих привел, что он не наобум писал.

103. Дромос именовалось место, где запуски и поединки на конях проводились (ипподром), каковых в Константинополе описывается два; но в море есть остров, не далеко от Константинополя, Дромос именованный, где, может, войско морское приуготовлялось. Фарос же значит свет или светильник (маяк), каковых на море в узких и опасных местах для плавающих немало; сказывается, были строения высокие на островах или берегах и на оных ночью огонь имели. Между такими славный был на Родосе острове колосс медный в образ Аполлона, который стоял на проходе в пристань, высотою 70 аршин, между его ногами корабли проходили, в руках его были лампады для огня; но не долго стоял, землетрясением за 220 лет до Христа опровергнут. Медь оная, сказывают, что более 800 лет хранилась, которую в 667 году сарацины на 900 верблюдах увезли. Сей же был на Черном море близ Цареграда, и ныне там есть несколько палат и пушки, о котором Лызлов в части 5, гл. 3, сказал.

104. О сем походе Игоревом Бароний в том же году из Курополата сказывает, но Люитпранд, кн. 5, гл. 6, правильно великого князя Ингорь именует и весь сей поход пространно описал; хитрый же огонь, каковым корабли зажигали, искусство у греков издавна совершенно было, что утверждает молитва акафиста, смотри н. 56. Дилих в Венгерской, стр. 65, сказывает, что у них греки на Дунае, а Стрыковский, что они же у сарацинов в 859 году некоторым хитрым составом в морском порте корабли сожгли, стр. 100. А кроме того Кедрин изъясняет, как в переводе Миллера из Кедрина Древностей русских, т. I, стр. 30, так: «14 индикта в месяце июне неприятельский русский флот, из 10 000 парусов состоящий, пришел ко граду, против которого императорский вышний одежды хранитель Феофан патриций, с греческим флотом выйдя, и при Гиерусе на якоре стал, когда русские, к Фару и ближним берегам пристав, вышли и пошли к горе; но когда Феофан способ усмотрел, вдруг напал на суда русские, которые вскоре разогнал, а особенно хитровымышленным огнем зажег, остальные же бежать принудил. Оставшиеся хотели к азиатским берегам уйти, но и там бывшая великая часть войска, которая ходила для собрания запасов, выступили на берег с патрицием Бардою, сыном Фоки, который также скорым нападением их разогнал. Зонар числит русских всех судов до 15 ООО, а Леон Грамматик – 10 ООО, и так вот довольно видно, сколько Нестор с греческими писатели согласен. Что же Кедрин урочище Герро именует, оное не думаю, чтоб река та была, которую Геродот, Плиний, Птоломей и Страбон кладут близ Днепра, но некое иное урочище, думаю, град Герания в Пелопоннесе, о котором Птоломей, кн. 3, гл. 1, или во Фракии, как Стефан Географ (Византийский) град Герания сказывает, что с Нестором не разнится. Здесь же разные обстоятельства несведущим наносят сомнительства: 1) такого великого числа кораблей не слыхано и плавать в таком числе неудобно; 2) число людей даже если от того, как Олег показал, вполовину положить, то есть до 300 ООО, чего вся область русская совокупить не могла; 3) проход через пороги по Днепру так труден, что не малая лодка не только вверх, но и по воде пройти не может. Но, рассмотрев, внятно уразумеет, что то сказание вероятно. На 1-е, корабли именует не такие, как в Европе на море употребляют, но лодки одномачтовые, в которых от 10 до 40 человек в каждую вместиться может, какие ныне казаки во время военное для добычи на Черном и Каспийском морях употребляют, но всегда возле берегов держатся и таких лодок не только 1000, но и десять тысяч собрать не трудно; греки же, от страха число увеличив, 15 000 положили. На 2-е, людей число, как Олег по 40 человек в лодке объявил, то подлинно по числу греческому лодок получится до 600 000 человек, чего быть не могло, но по Нестору около 40 000, число не весьма велико; ибо тогда и по 60 000 иметь с наемными свободно могли. На 3-е, пороги подлинно трудны или весьма к проходу судов неудобны, однако ж, что русские из Киева в Константинополь судами ездили, то бесспорно. Константин Порфирогенит из любопытства оные осматривал и описал, гл. 16; он и о лодках показал, что берегом оные обвозят. Но к тому русские государи, имея по Днестру и Богу владение, могли судов довольно и ниже порогов в Днепр приводить.

105. Улеб, у Иоакима Глеб, сын Игорев, от брата Святослава за веру Христову замучен; Предслава Святославова, княжна венгерская; Ефанда Глебова; от сей Предславы дом близ Киева именован Предславино сельцо.

106. По случаю договора Олегова и здесь сказывает по разным градам подвластных князей многих; по истории же хотя точно мест и имен не упоминает, или имена князей между посольскими так смешаны, что разобрать не можно, но по следствию видимо, что во всех подданных народах, как например у древлян, кривичей, Тмутаракань, вятичей, еми, мери, Турове и пр. были собственные князи, как например по случаям древлянского Мала, полоцкого Рохволда, туровского Тура упоминает, а прочие в забвении оставлены. И сие Рюрик учинил, оставив прежних владетелей, своих князей посажал и сам для различия князь великий именовался. Другое, в сих послах многие варяги были, как например Стер, или Стор, Свен, Шигоберн и пр., которые и до сих пор у шведов употребляемы. А славянских мало имен, потому что варяги более в знати были, выше, н. 86, или славяне варяжские имена употребляли. Только лишь блаженная Ольга, сама будучи происхождения славянского, славянам преимущества и имена славянские сыну и внучатам дала, а варяжские и сарматские уничтожила. Третье, послов княгини Ефанды, Улебовых, или Глебовых, и его княгини. Видно, что Ефанда была княгиня Святослава, а Улеб брат Святослава, но о них ничего более не упоминается.

107. Мнение о вере идолопоклонников есть у писателей христианских двойственное: одни весьма их обидят, сказывая, якобы они ни малейшего познания об истинном Боге, бессмертии души и будущем воздаянии не имели; другие избыточествуя тем, что не только оное, но и познание триипостасного божества многим языческим философам в рот кладут. Внятно же рассмотрев, довольно видим, что о единстве божества и о вечной жизни душ многие подлинно верили и учили, а идолов уничижали, или по сути в не равных богу верили, как и здесь, различая, говорит от Бога и Перуна, хотя о существе Бога и вечности души темно или недостаточно толковали, о которых Вальх в Лексиконе философском по разным статьям с достаточными доводами показал, особенно о вечной жизни и будущем воздаянии. Пифагор для удержания людей от злодеяния и для наставления к благонравию и благочестному житию вымыслил прехождение душ из одного в другое животное по делам каждого. Другие верили, что душа это часть божества, и потому благочестно жившие снова к оному возвращаются, а порочное житие препроводившие в некое прискорбное им место отдаляются. Восточный идол далай-лама, думаю, более для выманивания от народа денег, нежели для обучения к благочестному житию, к бессмертности души домыслил очистительный огонь, которому и западный папа, как в прочих вымыслах, н. 71, так и в сем последовал. Магомет, второй антихрист, хотя бессмертию души яснее других язычников учил, но воздаяния весьма смешные и мерзкие вымыслил. Что же до сего заблуждения касается, что благочестно и в довольстве жившие и после смерти будут господами, а лжецы и злодеи будут рабами, сие у наших идолопоклоннических вогуличей и черемисов до сих пор так верится, как я в Географии сибирской о них пространнее, а об идолах в главе второй показал.

108. Сие обстоятельство точно показывает, что у русских письмо тогда было, может быть, славянское от болгар, так как христиан в Киеве уже было не мало, смотри выше, н. 91, или готическое от варяг.

109. Месячный корм купцам, приходящим из чужих краев, есть древнее в Руси употребление для приласкания купцов; в других же народах, кроме греков, было ли сие, мне не известно, но у китайцев русские купцы по 1727 год корм имели, о чем Избрант и Унферцахт в Ездах Китайских написали. Персидские же и другие иностранные купцы при царе Иоанне Васильевиче и после него до времен наших долго корм в Руси получали, ибо они всегда посольствами именовались.

110. Святого Мамы, по сказанию Зонара, Свидаса и Ортелия, Мамантис Августа, монастырь близ Константинополя. Мартиниер, Лексикон.

111. Золотник есть известный всем вес, девяноста шестая часть фунта, но в счислении цены или денег никогда не почитался, а близко оного счислялась в серебре резан или боран; здесь же, думаю, драхма переведена, которые у греков по весу счислялись 8 драхм в унции, а 12 унций в фунте, следственно, драхма равна золотнику. Но у греков драхма были деньги, почитай, равные с римским денарием, которые и сребреник именовались, а хотя и у греков драхмы были в числе денег равны, да одни тяжелее, другие легче. Дидрахма же – двойная драхма; но, счисляя на нынешние наши деньги, драхма получается 23 или 24 коп., потому что тогдашний вес был нынешнего нашего тяжелее около 16 на 100; поэтому счисляет запрещенной парчи локоть около 190 коп., а ежели сие разумеет червонные золотые, то 18 рублей, и сие вероятнее. Но какая тому причина, что русским дороже купить запрещено, неизвестно, разве греки сами мало так хороших имели, как то видим, что в Персии яхонты красные ценою выше 300, алмазы выше 1000 рублей, а жемчуг 5 карат чужестранным продавать и вывозить запрещено. Резон же политический сему противоположен, и по сути, чем большею ценою товары из государства, кроме золота и серебра, вывозятся, тем более государству пользы получается.

112. Корсунь или Крым император в договор включил, как своих подданных; ибо хотя не всем оным, но городами обладали греки или подданные их генуэзцы, хотя Байер в гл. 51 и думает казар, владевших Крымом, не подданными императоров.

113. Беловежа славянское граду название, н. 137; греки же именовали Олбия, Олбиополис, Милетополис и Митрополис. По описанию Большого чертежа думается о нем при устье речки Тягинки на западной стороне Днепра, где старое и не малое городище написано; что же греки русским в оном зимовать запрещали, оное, видимо, из опасности, чтоб русские оное не захватили и большого страха грекам не нанесли.

114. Святого Елферия был остров близь устья Днепра, о котором Порфирогенит воспоминает; по-видимому, ныне Кинбурн.

115. Черные по-гречески – меланхленос, как в древности народ скифский, близ Днепра живший, меланхлены от черных одежд именовались. Геродот, кн. 4, гл. 6, описал между сарматами, и Плиний близ Днепра их упоминает, гл. 12, н. 15, следственно, имеет в виду оставшихся диких сарматов, половцев, печенегов и пр.; у русских же известны были черные клобуки, которые жили по городам, оных иногда зовет казары, торки, торпеи и берендеи, как ниже на многих местах явится, и сии были подвластные русские.

116. Правильно положено судить всякого в преступлении его власти и по законам той области; ибо невозможно иноземца судить по своим законам, а кроме того в делах таких, которые, может, он за порок не почитает; ибо разные области и народы имеют такие законы, что один запрещает, то другой позволяет или за ничто вменяет, например: у нас, если на куме или на четвертой жениться, поскольку преступление закона, наказано будет, а у прочих христиан не возбранено; или у нас неженатого в священники не поставят, а у тангут и папистов жен иметь попам не допускают и пр. Другое, если кто какого закона не знал и знать не мог, оным по справедливости осужден быть не может, например: у нас запрещено остроконечные ножи носить, башмаки гвоздем подбивать, и пр.; иноземца, несведущего оного, по оным судить не можем.

117. За убийство цена установленная, и явно, что о том между греками и русскими особый договор был; ибо хотя в договоре Олегове, н. 88, и здесь ниже положено за бой 5 гривен, но сие смертное убийство с тем не согласно. В древнем законе русском за смертное убийство платеж положен по чинам скотом, что у калмыков до сих пор чинится по их закону, и сие издревле, почитай, у всех народов во употреблении было. Но в христианстве, взирая на закон божеский, всюду за наглое убийство смерть определена, и по разности убийства разная казнь, ибо убийство по сути бывает разное: 1) наглое, 2) мучительное, 3) нечаянное, 4) неосторожное, 5) оборонительное. Сие последнее в вину не причитается. На поединках убийство некоторые почитают за оборонительное, а других многих государств законы за наглое.

118. Церковь святого Илии в Киеве, о которой ниже яснее, а выше, н.

63, да церковь св. Николая на гробе Оскольдове прежде крещения Ольги были, что в 863 году уже Русь крестилась, и здесь многие между послами были христиане; следственно, мнение, якобы до Владимира письма в Руси не было, сим и многими прежде сказанными доказательствами опровергается, и неведение истории русской обличается.

119. Хотя язычники сделанных ими болванов богами именовали, их почитали, на них надеялись и их боялись, однако ж и между ними благорассудные истинного всевышнего Бога признавали, как, н. 107, в прежнем договоре показано; а также и после, по случаю, Бога и Перуна различают, но простой народ, конечно, того не разумел. Многие мудрые люди между язычниками находились и совершенно единого Бога творца и содержателя твари признавали, а идолов презирали и уничтожали; но какую воздаяние за это получали, видим Сократа и других от невежд еретиками, атеистами и пр. поносимыми и гонимыми, а некоторые и смерть приняли. Да сие не дивно и не так прискорбно о тех, как видим в христианстве самые невежды людей, хорошо закон Божий сведущих и хранящих, одинаково поносят, гонят и, сколько могут, оскорбляют.

120. Индикт 4. По счислению греческому индикта, учрежденного Константином Великим после Христа в 312-м, счисляя от оного, то 945 как раз приходится четвертым. Миллер в Собрании древностей, не знаю как, ошибся, что сей поход Игорев указывает в 941, а индикт 14, явно в манускрипте Радзивиловском, с которого он переводил, ошибочность, а кроме того думаю, что он, видя в договоре Святослава в 971 году индикт 14, ошибся. Индикт же, слово греческое, в Прологе, сентября 1, протолковано: повеление, но по сути значит повестка к платежу подданных. Оный состоял из 15 лет, в течение которых постоянный оклад в платеже сохранялся, а по прошествии 15 лет снова побор и новый оклад назначался. И чтоб все подданные тот год, когда досмотру или ревизии быть, памятовали, во всех канцелярских письмах, решениях, грамотах и пр. объявлялось, от чего у нас в обычай вошло оное в печатных книгах ставить, хотя в них уже нужды нет, и мало кто знает.

121. Сие снова о христианстве подтверждает. Смотри н. 63 и н. 118.

122. Шкура хотя значит кожа зверя, но тогда значило и деньги; ибо кожами торговали, а серебряных и других денег деланных не имели, но серебро и злато весом счисляли. Прежде же именовалось скотом и за достоинство скотом считали, как в законе древнем показано. И сие во всех народах есть древнейшее употребление, как видим, что Авраам за 100 овец землю купил, Бытия, гл. 33, ст. 19 (в русском переводе – за сто монет, в греческом – сто агнцев). А Иаков оное именует серебро, Деяния, гл. 7, стр. 16. Т. е. столько серебра дал, сколько сто овец стоили. Греки деньги именуют аргирион, т. е. серебро, иногда хризози, т. е. златницы. У латинян пекуния скот обозначает. Ныне мы именуем деньги от персидской древней монеты тинга, которые прежде, чрез болгар и татар получая, употребляли; оные были серебреные, каковые в золотнике находятся по счислению против нынешних близ 16 коп., и серебро чистое, имя же и подпись на них арабские изображены.

123. Древляне. Из сей Истории ясно видно, что народ был славянский, жили по реке Припети в лесах, и от того древляне, или лесные, именованы. Птоломей в том месте указывает народ трамонтании; сие имя от латинян значит граждане, и сие видится подходящим, ибо они имели грады. И них города Коростень, Овруч, Житомир и другие, которые до сих пор известны. Новгородские же писцы, не зная сих обстоятельств, древлян толковали в области Новгородской быть, что там Деревская пятина именуется и город вместо Коростень Торжок указывали, что сочинителя гербов градских обмануло, что Торжку положил три голубя и три воробья, нисколько ему не приличное. О Коростене смотри н. 125.

124. Рождение Игоря в разных манускриптах в разных годах: в Раскольничьем – 875, в Нижегородском – 861, в Оренбургском – 865. По сему видно, что ошибкою переписчиков, но скорее, думаю, первое правее и что он жил 70 лет. Древлянского же князя Минея молодит, июля 15, или Нискинев; Степенная новгородская и Стрыковский, видится, по Иоакимову сказанию, порядочнее князь Мал, сын Нискина, именуют.