На главном направлении: СССР и Германия в 30-е гг.

Двойная дипломатия Сталина

Первый сигнал осторожной смены курса в советско-германских отношениях последовал в июне 1933 г., когда Москва заявила Берлину, что продолжавшееся десять с лишним лет военное сотрудничество двух стран с сентября будет прекращено.

В декабре 1933 г., нарком иностранных дел М. М. Литвинов огласил сформулированные ЦК ВКП(б) новые цели советской дипломатии. Суть их сводилась к следующему:

осторожные, взвешенные действия по отношению к Германии и Японии, без острой реакции на их отчетливо выраженную антисоветскую направленность внешней политики. Для Советского Союза 1933 г., надломленного страшным голодом, пассивным сопротивлением десятков миллионов потенциальных призывников-крестьян, чистками партии, перспектива оказаться втянутым в войну означала бы, как дал понять Литвинов, подлинную катастрофу. А посему государственные интересы должны были преобладать над идеологической солидарностью: «Мы, конечно, имеем свое мнение о германском режиме, мы, конечно, чувствительны к страданиям наших германских товарищей, но меньше всего можно нас, марксистов, упрекать в том, что мы позволяем чувству господствовать над нашей политикой»;

участие в создании системы коллективной безопасности через заключение серии специальных межгосударственных договоров. Они должны были гарантировать нерушимость границ и содержать обязательства по совместному отпору агрессору.

Для пропаганды идеи коллективной безопасности активно использовалась трибуна авторитетной международной организации — Лиги Наций, куда СССР вступил в 1934 г. В следующем году Советский Союз подписал договоры с Францией и Чехословакией, предусматривавшие помощь, в том числе и ограниченную военную, в случае нападения агрессора. Москва осудила фашистскую Италию, начавшую в 1935 г. захватническую войну в Абиссинии (современная Эфиопия), оказала массированную поддержку — кредитами, боевой техникой, военными советниками и добровольцами — Китаю и антифашистским силам Испании, боровшимся в 1936—1938 гг. с армией мятежного генерала Ф. Франке.

Эти факты хорошо известны. Но вплоть до последнего времени мы практически ничего не знали о второй, закулисной стороне внешней политики Москвы. В. отличие от 20-х — начала 30-х гг. эта линия проводилась не через Коминтерн (он, провозгласив себя с 1935 г. сторонником широких антифашистских фронтов с участием социал-демократии, заметно ослабил революционно-подрывную деятельность в европейских странах), а через доверенных лиц И. В. Сталина — сотрудников советских учреждений за рубежом. Она выходила за рамки официально провозглашенной «взвешенности» в отношениях с Германией и преследовала цель добиться — на случай непреодолимых трудностей по формированию коллективной безопасности — определенных политических соглашений с нацистской Германией с тем, чтобы локализовать ее агрессивные устремления в рамках капиталистической системы, отвести огонь разгоравшейся войны от границ СССР.

Еще более энергично использовали средства тайной дипломатии в отношениях с Германией западные демократии, прежде всего Англия. Цель у них была прямо противоположной — направить гитлеровскую военную машину на Восток. Вскоре этой задаче подчиняется и официальная дипломатия Англии и Франции. «Нам всем известно желание Германии двинуться на Восток,— заявил в 1936 г. английский премьер-министр С. Болдуин, — Если бы в Европе дошло до драки, то я хотел бы, чтобы это была драка между большевиками и нацистами».

Западные демократии откровенно вступили на путь умиротворения фашистской Германии, ограничиваясь лишь формальными протестами всякий раз, когда Гитлер делал очередной шаг по наращиванию военной мощи «третьего рейха» и его агрессивных устремлений (отказ от уплаты репараций по условиям Версальского договора, запрещенное им же производство самолетов, танков и другой боевой техники, расторжение Локарнских соглашений, присоединение Саарской промышленной области и демилитаризованной Рейнской зоны, аннексия в марте 1938 г. Австрии).

Венцом гибельной политики умиротворения стал мюнхенский сговор Англии, Франции, Германии и Италии, направленный на расчленение Чехословакии. В сентябре 1938 г. Германия получила Судетскую область, где располагалась половина тяжелой промышленности Чехословакии. В марте 1939 г. это государство вообще перестало существовать: Чехия целиком отошла Германии, а Словакия, сохранившая внешние атрибуты суверенности, была превращена в бесправную марионетку Берлина.

Одновременно происходило оформление блока государств-агрессоров. В октябре 1936 г. Германия и Италия заключили соглашение, известное как «ось Берлин — Рим». Месяц спустя Германия и Япония подписали «Антикоминтерновский пакт» — своеобразный военно-политический союз, якобы имеющий лишь идеологическую направленность. В 1937 г. к нему присоединилась Италия. В сентябре 1940 г. эти державы окончательно закрепили союзнические отношения в рамках «Тройственного пакта» с открыто декларируемой целью: «создание нового порядка в Европе и в великом восточно-азиатском пространстве». В орбиту его влияния был втянут еще целый ряд государств — Испания, Финляндия, Дания, Венгрия, Румыния, Хорватия и др.