Коммунистическая партия в 20-е гг.

Партийная масса и большевистская гвардия

Глубокие преобразования, происходившие в стране, были неразрывно связаны с деятельностью правящей партии коммунистов. Естественно, что и сама она не могла не меняться вместе с изменяемым ею обществом.

Численность российской компартии, переименованной в 1925 г. во Всесоюзную коммунистическую партию (большевиков) — ВКП(б), быстро увеличивалась: с 732 тыс. человек в 1921 г. до 1,3 млн. в 1927 г. Это во многом объяснялось тем, что получение партбилета было чуть ли не единственным способом для молодых, энергичных, но не очень образованных людей подняться по социальной лестнице, «сделать карьеру». Партия заполнялась новым чиновничеством, оттеснявшим на второй план коммунистов от «станка и сохи», то есть тех, кто продолжал работать на заводах и земле. Доля рабочих в партии едва достигала тогда 30%, а крестьян — и того менее. Обюрокрачиваясь, ВКП(б) теряла остатки былых связей с основной частью населения страны. Не раз проводившиеся в 20-е гг. «партийные чистки», призванные «орабочить» ВКП(б), в конечном счете не достигали цели.

Только 1% членов ВКП(б) имел в середине 20-х гг. высшее образование.

В самой партии, по мере расползания ее вширь, углублялся обозначившийся после Октября раскол между массой рядовых членов и верхами. Ведущие рычаги управления компартией (а следовательно, и государством, с которым она все больше сливалась, утрачивая черты собственно политической организации) по-прежнему оставались у так называемой «старой большевистской гвардии» — примерно 8 тыс. партийцев с дореволюционным стажем.

Большевистская гвардия включала в себя немало профессиональных революционеров. Они обладали богатым опытом политической борьбы, способностью самостоятельно анализировать события. Естественно, что на крутых поворотах революции в этой среде часто формулировались не совпадающие с центральной линией предложения по разрешению встававших проблем, возникали фракционные группы. При слабости демократического механизма принятия решений и учета прав меньшинства, присущей авторитарному по своему духу большевизму, только наличие на вершине партийно-государственной пирамиды общепризнанного лидера смягчало внутрипартийные противоречия, столкновения личных амбиций, позволяло старой гвардии сохранять единство собственных рядов и проводить последовательный политический курс.